Андрей Гончаров (andrey_g) wrote in chtoby_pomnili,
Андрей Гончаров
andrey_g
chtoby_pomnili

Categories:

ГУРВИЧ Григорий Ефимович

 
Гурвич 1


Театральный деятель, режиссер.

Лауреат Государственной премии РФ (2000, посмертно)

Гурвич Гурвич 17

 

Григорий Гурвич родился 24 октября 1957 года в Баку в семье известного журналиста, руководителя Азеринформа. 

Гурвич Гурвич 11

 

Григорий закончил филологический факультет Бакинского государственного университета. Участвовал в бакинской команде КВН. В 1981 году поступил в ГИТИС, учился у М.О.Кнебель. Дипломный спектакль «Дневник обыкновенной девушки» (1986, собственная инсценировка по Дневнику Нины Костериной, комсомолки 1930-х годов) поставил в Театре им. Вл. Маяковского. Спектакль вскоре был закрыт, и диплом об окончании ГИТИСа Гурвич получил через несколько лет. Еще в институте был автором и режиссером популярных студенческих «капустников». 

Гурвич Гурвич 16

 

По совету Григория Горина и Марка Захарова в 1988 году он основал театр-кабаре «Летучая мышь» в помещении Учебного театра ГИТИСа (Б.Гнездниковский пер. 10, т.н. «Дом Нирнзее»), где в начале 20 века под руководством Н.Ф.Балиева в театре-кабаре «Летучая мышь» игрались «капустники» Московского Художественного театра. Первый спектакль, «Чтенiе новой пьесы», автором текста и режиссером которой стал сам Гурвич – история отъезда труппы Балиева за рубеж. Представления дореволюционного театра были цеховыми, рассчитанными на людей, посвященных в театральную кухню. Гурвич же, создавая свой авторский театр (автор, ведущий и режиссер в одном лице), рассчитывал на массового зрителя. 

Гурвич 3

 

В остроумном, веселом музыкальном спектакле «Я стэпую по Москве» (1992) возникало время еще совсем недавнее, но уже ставшее прошлым. Рассказывая историю своей жизни, Гурвич нашел точную интонацию, сумел создать атмосферу, объединяющую весь зал. В музыкальном театре Гурвича актеры умели все: пели, танцевали, занимались клоунадой и акробатикой. Красивым, праздничным зрелищем стал спектакль «100 лет кабаре» (1993) об искрометном, без тени пошлости и безвкусия искусстве кабаре. В 1996 году вышел спектакль «Это шоу-бизнес» по мотивам известных бродвейских мюзиклов 20 века. В традициях жанра спектакли театра всегда были дорого и стильно оформлены, актеры натренированы, их костюмы красивы и ярки. Обаятельный автор-ведущий блистал остроумием, легко импровизировал, несмотря на грузность, прекрасно двигался со своими артистами, пел и танцевал. В 1997 году состоялась премьера спектакля Вам позволено переиграть по пьесе М.Фриша «Биография», в котором принимала участие группа «Несчастный случай». Сам режиссер считал этот спектакль главным в своей жизни. Последний его спектакль «Великая иллюзия» (1998) – попурри из бродвейских мюзиклов. 

Гурвич Гурвич 5

 

Работа над спектаклем «Любимец мужчин» по роману С.Жапризо не была завершена. За участие в телевизионной передаче «Старая квартира», в которой он был постоянным ведущим, Гурвич посмертно удостоен Государственной премии.  


Майя Львовна Гурвич рассказывает о своем сыне

Гурвич Гурвич 4

 

Несомненно, биография - это не даты. Биография - это люди, которые шли с тобой по жизни, которые растили, учили, помогали строить мир, но по твоим расчетам и твоим желаниям. И если эти люди поддерживали, верили, воплощали и аплодировали, значит, твоя биография состоялась. Твои желания и амбиции имели право быть. Я с благодарностью и гордостью могу сказать, что с моим сыном Гришей Гурвичем были замечательные люди, они были бесконечно талантливы и добры.

В тот страшный день пятого ноября девяносто девятого года жена Гриши Люба сказала мне, видимо, стараясь утешить: "мы напишем о нем книгу"... Через месяц я узнала, что заниматься этим должна я. Больше некому.


Продолжение его жизни в воспоминаниях тех, кто эти годы был рядом в тот или иной период жизни, продлило "эффект присутствия". Так прошло три года. А что дальше? Чем жить?


Во время репетиций к вечеру, где должна была быть представлена книга воспоминаний, меня познакомили с Тиграном Закояном. Ранее этого имени я не слышала. Он рассказал мне, что с Гришей не был знаком, хотя хорошо его знает. Он был другом театра, влюбленным зрителем, а потом пытался помочь, чем может, чтобы продлить жизнь спектаклей. Сделать это оказалось невозможным, и тогда он создал сайт, чтобы сохранить память о "некогда блиставшей труппе". Накануне моего отъезда в Израиль, в Москве, уже после вечера, прошедшего в день 45-летия Гриши, проведенного его друзьями и его актерами, все собрались у меня. Нам было вместе очень тепло, пришли почти все актеры театра "Летучая мышь", пришла к нам и Маргарита Александровна Эскина, директор Дома Актера, а для нас и для Гриши очень дорогой человек. И вновь возник вопрос: а что дальше? Чем жить? И тогда Тигран мне сказал: "Сайт надо менять и Вы должны мне помочь". Спасибо ему за этот труд, за верность памяти моему сыну и его театру "Летучая мышь", за то, что я вновь могу прожить несколько страниц той жизни. Я напишу лишь то немногое, что знаю только я, а остальное мы составим из написанного близкими Грише людьми в книге "На полпути".

Гурвич 2


Мой сын родился в 1957 году, 24 октября в 16:40, в Баку. Через открытую форточку я слышала нервный кашель его деда, моего отца, Левы Шик, он ждал своего первого внука. Это и его гены создали жизнелюбивого, остроумного, веселого человека, интересного собеседника. Это о нем в своем спектакле говорит Гришин герой - Лева Шик. Он не хотел изменить ни имени, ни фамилии, слегка утрируя эту личность. Слегка, чуть-чуть, ибо в нем самом, в авторе, было много от деда.


Когда Гришенька родился, его отцу Ефиму Григорьевичу было 40 лет. К этому времени он уже 14 лет возглавлял Азербайджанское отделение ТАСС. Работа была невероятно ответственной, домой приходил поздно. Общение с маленьким сыном было лишь по выходным дням, да и с подрастающим мальчиком не чаще. Но с папой было очень интересно, так как папа всегда все знал. А еще благодаря папе мы имели возможность попадать на все спектакли гастролирующих театров. Уже тогда театр был необходимым и важным моментом в жизни. Так Ефим Григорьевич приобщал нас с Гришенькой к миру театра, и мы были очень увлечены. А еще дома было очень много толстых и тонких журналов, всяких газет и книг. Все книги, которые издавались, мы могли купить и очень этой привилегией папы пользовались...


Гриша наследовал от отца "серьезные" черты характера. Они оба были очень ответственными людьми, порядочными, надежными и честными.


Гриша любил своих актеров, это были его дети. Он был ответствен за них, за всех. Наверное, поэтому сегодня они возвращают мне эту любовь.


Театра уже давно нет, а они мне звонят в Израиль и слетаются все, как только я приезжаю в Москву. Я должна рассказать еще о его няне. Ей было 26 лет, звали ее Настя и привели ее в дом, когда Гришеньке был только месяц. Она прожила с нами более 30 лет и была его "третьим родителем". В то время еще были такие молодые женщины из деревни, которые помогали растить чужих детей, считая их своими. Судя по тому, что ее вспоминают и все Гришенькины друзья, она играла в его жизни "роль". Он очень рано научился читать. Я не помню, что были приложены какие-то усилия. Очевидно, мы показали ему буквы, а возможно он сам их раскопал. Самое необычное было не то, что он много читал, а то, что все запоминал. Очень скоро он был далеко впереди своей Насти, и было смешно наблюдать, как он ей что-то втолковывал, связанное с политикой, и отвечал на далеко не всегда понятные вопросы. Она его очень любила, и когда он уже жил в Москве и имел свой театр, говорила мне: "Это ж надоть, наш Гришка - рисижер". Много было невероятно смешных ситуаций и совершенно "безумных" замечаний. Мы часто с Гришенькой пользовались ее словечками, это возвращало нас в наш бакинский дом. Настя. Где она теперь, жива ли?


После отъезда Гриши в Москву мы жили вдвоем, Ефима Григорьевича уже не было в живых. Потом в Москву переехала я. В девяностых годах Гриша ее нашел, помогал деньгами, предлагал переехать к нему жить. Она отказалась.

В школе учился нормально, но не блестяще, потому что главные интересы были не во время уроков, а после. Слишком много предметов были мало нужны и совсем неинтересны.


Зато после уроков начинались репетиции. Репетировали всё и бесконечно. Бальные танцы, физические и математические КВНы, концерты по поводу и без. Это было главным. Он всегда был окружен ребятами. Уже тогда писалось, репетировалось и ставилось. Наследованное от своего отца качество человека возглавляющего, качество директора, где главным были люди доверившиеся, поверившие и готовые идти за ним, его не подвело. Сегодня, я смею на это надеяться и знаю от его актеров, его музыкантов, его костюмеров и помощников по театру, в этой их жизни - по времени в десять лет - было счастье совместного сосуществования. И это осталось в памяти и душах, а все попутное, ибо жизнь есть жизнь, даже и не помнится.


После окончания школы, в 16 лет, он решил поступать в ГИТИС, и много сил ушло на убеждения и переговоры. В Москву одного отпустить было просто нереально. Договорились, что после окончания Университета будет пробовать поступать в театральный. Увы, пять университетских лет пролетели как один миг, и возникли те же переживания. Пришлось разрешить поехать в Москву и поступать на режиссерский факультет ГИТИСа. Курс набирала знаменитая Мария Осиповна Кнебель. Его педагоги О.Л. Кудряшов, Л.Е. Хейфец, А.А. Шерель и другие подробно и интересно вспоминают о том времени. Гриша поступил и переехал жить в Москву.


Ну, вероятно, из "личного" я должна еще написать несколько строк о его женитьбе. Уезжая, он сказал, что планов много, но женится только в 35 лет. Он считал, что к этому времени он уже состоится или нет, но только после этого будет решать столь серьезный вопрос. Я была с этим согласна. Однако вмешался чужой интерес и чужая воля. Люба Шапиро работала и училась тоже в ГИТИСе. Там она увидела Гришу, "присмотрелась и решила, что этот мальчик ей подходит, мог бы стать ее мужем". Полтора года она за ним ухаживала и добилась результата. Все эти слова принадлежат Любе, и она повторяла эту историю много раз в разных интервью.

Гурвич Гурвич 12


Гриша же решил, что так он больше никому не будет нужен, и женился. Они были вместе восемнадцать лет, и, как свидетельствуют их рассказы разным журналистам в разное время, все было просто замечательно. Я не сомневаюсь, что, проживи Гриша до глубокой старости, а тем более на том уровне, на который он вышел благодаря своим человеческим качествам и уму, все продолжалось бы в том же ключе. Но Гриша заболел...


И еще в его жизни была я. С пяти лет водила к педагогу английского языка. В школе помогала с театральными делами. В конце лета, после дачи, ездила с ним в театральную Москву, вдвоем. Вместе поступали в Университет, он сдавал экзамены, а я стояла перед зданием в ожидании, хотя уже лет пятнадцать к этому времени в этом здании проработала. После окончания Университета с невероятным ужасом в душе, через все попытки отговорить поехала вместе с ним поступать в ГИТИС. Обустраивала его московский быт. Было в чужой съемной квартире неуютно. Везла то ковер и портьеры, то любимую коллекцию моряков, то еще что-то.


Ездила из Баку перевозить с одной чужой квартиры на другую со всем барахлом. Обязательно приезжала два раза в году на экзамены и т.д., и т.д.


Потом Гришенька женился. "Мама, если я женюсь на Любке, ты как?". А Люба, по ее рассказам, "дрожала", вдруг я скажу, что против. Потом втроем строили дом. С трудом и связями Ефима Григорьевича удалось купить кооперативную квартиру, потом что-то в квартиру (папы уже не было), потом меняли и съезжались с мамой Любы. Потом я переезжала из Баку в Москву. Разобравшись "в ситуации", оформила двойное гражданство. Живя в Израиле было легче быть материально независимой. Потом объединяли все квартиры, и, наконец, купили огромную. Гришенька хотел такую, чтобы в гостиной можно было устраивать репетиции. Помогала создать и это. Сидела на репетициях, когда было можно, бесконечно смотрела все спектакли с одинаковым интересом и восторгом.


А потом, а потом заболело плечо, и понеслось...


Жила с ним в больнице все шесть месяцев. Жена Люба была занята. Она руководила театром? А потом ожидали выздоровления. Да, тяжелое заболевание, непонятно откуда, почему вдруг, но вот-вот и вернемся в Москву, и будем жить теперь уже снова вместе. Много разговаривали, восполняли отсутствие прошлого далекого тесного общения. Ведь вторые двадцать лет его не было, такого близкого и такого доверительного. Были поставлены все точки над всеми "i". Мы были опять в тесной связи, я не жалуюсь, и те двадцать лет я была рядом, но не вместе. Обсуждали следующие планы...

Мы не вернулись в Москву. Остались навсегда в Израиле, в котором всегда жить не собирались. А потом, сразу же, оказалось, что Люба уже живет с другим мужчиной в этой огромной квартире, где "хотел репетировать" Гриша...


Места для новой боли уже не было. И только некого стало спросить, как это тогда было. А за двадцать московских лет было многое и разное. "Когда я пыхтела по поводу кого-то, - вспоминает Люба в книге - кто не так себя ведет, Гриша говорил: - "Знаешь, не наше дело, будет этот человек наказан жизнью или нет. Бог - Он видит все".


Мне остается лишь надеяться на Бога, который все увидел.


Время не лечит. Кто-то плавно перетекает из одной жизни в другую, новую, сразу же. Другому нужно долго, долго возвращаться в свое Я, а иному так и не начать с нуля, слишком большое и настоящее ушло. Но ни в одном языке мира нет слов, которые могут рассказать о бесконечном страдании матери, потерявшей единственного сына.

 

М. Гурвич, 2002 год

 

 

Люба ГУРВИЧ...


ЕГО ЗАМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ

О Григории Гурвиче, закрытом театре и российских мюзиклах

Гурвич 7

 

- Второй год на Москву, как из рога изобилия, сыпятся мюзиклы, причем каждый заявляет о себе, как «первый настоящий мюзикл бродвейского типа». Мало кто знает, что в каждом из этих спектаклей играют актеры, воспитанные театром «Летучая мышь»… Руководил этим театром уникальный режиссер Григорий Гурвич, более известный стране как ведущий «Старой квартиры». Настоящий мюзикл был его мечтой, и «Великая иллюзия», поставленная им четыре года назад, представляла собой наиболее удачную попытку приближения к идеалу.


Случилось так, что это была его последняя работа. Обо всем, что предшествовало и сопутствовало «Великой иллюзии», — наш разговор с Любой Гурвич, его другом и соратником в течение последних двадцати лет…

 

Люба, тогда, летом 99-го, когда мы виделись на юбилее у Герчакова, тебе уже все было ясно?

 

Мне все было ясно с самого начала, когда я услышала диагноз. Паники мы, правда, не поднимали, но нужно было собрать 200 000 долларов, причем практически за один день, ты же представляешь, что это такое? Мне тогда очень помогли друзья: Малкин, Барщевский… 150 000 дал Владимир Гусинский.

 

Своих личных?

 

Не знаю, я квитанций как-то не просила.

 

Вы с ним дружили?

 

Мы же с ним в ГИТИСе учились одновременно, знакомы были, но дружбой это не называлось. Ему Витя Шендерович позвонил. Правда, операция не помогла, но мы старались. Это было очень тяжелое время, но у нас ничего не было просто, и я всегда знала, что живу с человеком, которому стоит помогать. Гриша был счастливым человеком, он рано ушел, но все успел, даже госпремию получил при жизни, увидел много стран, был «павлином», красиво одевался. В последние годы имел хорошую машину, дом… Знаешь, многие думали, что ему все легко дается, но и у него не все было хорошо. У Гриши, между прочим, в свое время пять спектаклей запретили!

 

Я не знал… А какие?

 

Сначала дипломный спектакль «Дневник обыкновенной девушки». Жила такая Нина Костерина, она повторила подвиг Космодемьянской, еще отец у нее был репрессирован, в общем, нормальная советская история. Потом мы, кстати, познакомились с ее родственниками. Как ни странно, они с Гришей раньше жили на одной улице в Баку. На премьере спектакля была ее подруга. А запретил спектакль Гончаров, шел 1986 год, он чего-то испугался. Потом артисты потребовали вернуть: Гундарева, Костолевский, Виторган… Вернули, но потом все равно закрыли, потому что Яшин поставил «Завтра была война» и Гончаров не мог стерпеть два спектакля практически на одну тему. Мария Осиповна Кнебель уже умерла, и Гриша – краснодипломник! — на год остался без диплома вообще. Потом был Театр Райкина. Гриша там работал, написал пьесу, начал ставить, но Аркадий Исаакович умер, а Костя спектакль закрыл. Еще закрыли спектакль у Владимира Винокура, все там было классно, но, видимо, Володе было просто лень работать над крупной формой… шутки «ниже пояса» даются легче и проходят лучше. Потом еще была парочка закрытых спектаклей…

Гурвич Гурвич 8

 

Но ведь он умудрился открыть свой театр тогда, когда это было практически невозможно!

 

Повезло. Тогда он случайно зашел в родной Дом актера, еще на Горького, и встретил, светлой памяти, Лешу Бельского, который любил Гришины «капустники». Они тогда посидели, Гриша рассказал про старый театр-кабаре «Летучая мышь» Никиты Балиева, про свою идею возродить его. Бельскому понравилось, он тоже загорелся и дал денег. На год. Потом мы уговорили Исаева, ректора ГИТИСа, чтобы он пустил нас в помещение учебного театра ГИТИСа, именно там раньше был балиевский театр. В общем, мы стали делить это помещение с ними, такой своеобразный «тайм-шер»… Это, знаешь, тоже было сложно, ведь дом-то непростой. Раньше, в 20-х, в этом доме была мастерская Фалька, там жили актеры, потом люди в форме их посажали и квартиры заняли. А потом перетасовка прошла еще раз: поселились те, кто в 37-м расстреливал тех, кто арестовывал этих… Ну, в общем, пробили мы это все, несмотря на то, что секретарь домовой парторганизации там до сих пор ходит в форме. Они потом письма писали во все инстанции: мол, там у нас «негры, проститутки и пьяная матросня». Слово «кабаре» они понимали только так. Потом мы все-таки открылись. Спектакль назывался «Чтение новой пьесы». Фурор был такой, что вся Москва к нам несколько лет на этот спектакль ломилась. Это был 89-й год. Странно: мы совершенно случайно открылись именно 13 марта, день в день через 80 лет с балиевской «Летучей мышью»…

 

А я помню этот день. 13 марта вы обычно отмечали свой День театра, и, когда я ухитрялся попадать в число друзей «Летучей мыши», на ваших «капустниках» у меня от смеха буквально случались судороги! В первый год без Гурвича, по-моему, тоже что-то было, вы пытались сохранять атмосферу, а в этом году что-нибудь происходило?

 

Нет. Ничего не было. За год до Гришиного ухода мы переехали в здание Театра киноактера. Многие говорят, зря переехали, но поставить «Великую иллюзию» в старом помещении было просто невозможно. Новое помещение мы тоже были вынуждены делить, причем сразу с несколькими конторами. Ресторан, бильярдная, клуб и, собственно, сам Театр киноактера. Они очень многим свои помещения сдавали, жить-то надо, а спектаклей нет… одно время там даже был «гей-клуб». Еще при Грише они очень сильно испугались, что такую кормушку у них отнимут, а когда Гриша умер, они активизировались. Когда нас оттуда выгнали, мы какое-то время жили в «Космосе», играли там довольно успешно, полные залы собирали, но потом наши декорации и там стали мешать… Везде и всем мы почему-то мешали, особенно после Гриши. Но он же не думал из этой жизни уходить, когда ставил «Великую иллюзию», настоящий большой мюзикл… декорации к ней были такими огромными, что их нельзя было постоянно собирать-разбирать. Мы несколько раз попробовали, а потом поняли, что это просто опасно. А потом стало ясно, что Гришу заменить не может никто. Не мне, а театру. Даже стране. И я закрыла театр.


Скажу честно: и я сам, и многие наши общие знакомые после «Великой иллюзии» говорили об этой работе словами из «Гнезда кукушки», мол, он-то хоть попытался. В том смысле, что при всей доброжелательности к театру и к Гурвичу все-таки нельзя было сказать, что действо идет «на бродвейском уровне». Но вот прошло три года, я посмотрел практически все из того, что сегодня называют мюзиклами, и могу сказать с полной ответственностью: они хуже. А почему, а?

 

Могу ответить. Во-первых, для работы в мюзикле нужна особая актерская подготовка, лет с десяти. Нашей первой пробой в этом жанре был «Шоу-бизнес». Так вот Гриша к ней шел семь лет. Он подбирал состав, менял актеров. Все время был ими недоволен… Он говорил, что у нас есть прекрасные солисты, а нужен АНСАМБЛЬ! Подготовки актеров для ансамбля у нас нет вообще, ни в одном вузе. Вот я сейчас попробую открыть для этого студию… Когда говорят, что Москва становится европейской столицей, потому что у нас появляются «Нотр-Дам» или «Чикаго», это – бред! Смешно слышать сегодня о «первом российском мюзикле», потому что первый уже двадцать лет назад был у Марка Захарова!

 

Правильно ли я понимаю, что сегодняшняя ошибка «Норд-Оста» практически такая же, что и в операх «Зори здесь тихие», «Повесть о настоящем человеке», «Семен Котко», в балете «Красный мак»?

 

Да. Не все можно петь, люди должны себе отдавать в этом отчет. Играть мюзикл в валенках и ватниках просто нельзя, потому что сам жанр диктует свои законы! Мюзикл – это действо о красивых и гармоничных людях, хорошо одетых, имеющих определенные манеры! Кроме того, что главное у Каверина? Умение русских женщин ждать, а мужчин – добиваться цели. В постановке ни одна из этих линий не доведена до конца. Ну не мюзикл это! Это романс, бардовская песня, все что угодно, но не мюзикл! Ребята хорошие, их в Лондоне попытались научить, как ставится мюзикл, но научить этому нельзя… Научиться можно, но не всем.

 

Если мюзикл должен быть шикарен и красив, то этично ли вообще сейчас в России делать подобную работу?

 

Думаю, да. Просто нужно постараться обойтись без пошлости. Это, конечно, очень сложно, но кто говорил, что театр – это легко?

 

А что такое пошлость?

 

Сложный вопрос… Оскар Уайльд, кажется, сказал: «Пошлость – последнее прибежище тонких натур».

 

Вообще пошлость — это мировоззрение, то есть низкая культура, отношение к жизни как к чему-то утилитарному, низкопробному, сиюминутному… Когда сказать нечего, а удивить всех хочется, как, например, в спектакле «Вагина»… Так вот, если красивых людей и шикарную жизнь показывать интеллигентно, то это можно делать в наше время и в нашей стране.

Автор Сергей Миров.

 

Григорий Гурвич похоронен на кладбище "Яркон" возле города Петах-Тиквы, недалеко от  Тель-Авива.

Гурвич Гурвич 14

 

На Ваганьковском кладбище в Москве Григорию Гурвичу установлен памятник, в основании которого находится капсула, наполненная землёй с израильской могилы Гурвича.

Гурвич Гурвич 15

 

Это место, куда приходят его друзья в Москве.


 

САЙТ о Григории Гурвиче

САЙТ театра-кабаре "Летучая мышь"

Видеозапись передачи канала "Культура", посвященная вечеру памяти Григория Гурвича 25 октября 2007 года.




Гурвич Гурвич 13


24 октября 1957 года - 5 ноября 1999 года


 
Tags: режиссеры
Subscribe

  • КУРЕХИН Сергей Анатольевич

    Музыкант и композитор «Самое главное — эволюция. Она необходима как гарант постоянного развития. Процесс эволюции…

  • ШВАРЦ Исаак Иосифович

    Народный артист России (1996) Лауреат Государственной премии РФ (1997, за фильм «Белое солнце пустыни») Лауреат Царскосельской…

  • МАРТЫНОВ Евгений Григорьевич

    Композитор и исполнитель Лауреат Премии Ленинского комсомола (1980) Десятикратный лауреат программы «Песни года»…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments