January 17th, 2010

я

ВЕСНИК Евгений Яковлевич (часть 1)


Весник 12

«Я был неотесанным парнем, да еще войну прошел, но меня научили понимать: что такое хорошо, что такое плохо, что если зрелище тебя трогает и заставляет думать, то это – искусство, а если наоборот, то наоборот. Вот развлекательное искусство! Оно должно быть! Но нельзя же всегда есть «компот или мед». Вот вы включите телевизор – в любое время, – посмотрите, что творится. Что творится! Какие-то полуголые, босые бабы! Ну хорошо – сделайте один канал для «озабоченной» публики. Но это же на всех каналах! И чуть ли не каждая говорит: «Ведь я этого достойна!» Безграмотные диалоги, да еще скабрезные...»

Весник 4

 

 

Collapse )

 


я

ВЕСНИК Евгений Яковлевич (часть 2)


Весник 7

Народный артист СССР (1989)

Весник 11

Евгений Весник о себе:

 

«Он покоится в сердце моем…»

 

В Долгинцеве — это район Кривого Рога — есть улица Якова Весника, моего папы. На доме — доска, объясняющая, что Весник — первый директор Криворожского металлургического комбината. В 1937-м отец уехал в Москву выручать своего арестованного заместителя, и тоже был арестован. Мы с мамой срочно кинулись в Москву, где у нас была четырехкомнатная квартира. Искали отца, пытались обнаружить его следы. Тщетно.

 

Впоследствии на все вопросы мне отвечали: «Умер в Москве», «Умер в Норильске»… Теперь я знаю, что он расстрелян в 1937 году. По сохранившимся копиям допросов становится ясным, что он остался до конца жизни таким, каким я запомнил его: честным, не способным на гадость, не предавшим никого из сослуживцев. Я не знаю, где могила отца! Он покоится в сердце моем до последнего его удара.

 

В ноябре 1937 года в 5 утра пришли за мамой. Обыск. Вещи и бумаги летали по комнатам, как вспугнутые птицы. Каким-то чудом мама сунула мне в трусы сберкнижку, как потом оказалось — на предъявителя, вклад всего 800 рублей. Слава богу, меня во время обыска не заставили снять трусы! Опечатали три комнаты, мне оставили одну маленькую, в 12 квадратных метров, разрешив перенести в нее кое-что из других: книги, вещи отца, кровать, кресло, посуду. Помню, как мама поцеловала меня и сказала: «Запомни, Женя, твои родители — честные люди, и, что бы ни было, никому не удастся запятнать их имена!»

 

Ее увели, а по радио ровно в 6 часов запели: «Утро красит нежным светом стены древнего Кремля!» Мне было 14 лет.

 

 

Collapse )

 


я

ВЕСНИК Евгений Яковлевич (часть 3)


Весник 8

Кавалер Ордена "За заслуги перед Отечеством" IV степени (1998)


Весник 3

Из интервью Евгения Весника Радио Свобода (2007 год):

«О героизме, войне и родине»

— Настоящие фронтовики редко говорят о героизме, они больше говорят о том, что они влюблялись в людей, у которых была общая задача, общая идея, что прощали все обиды, огрехи со стороны государства и личностей, которые нами командовали, во имя высокой идеи, шли вперед, они боролись за родину без всякой политики. Эти люди не могут сейчас возвышенно говорить и вспоминать о войне. Когда закончилась война, мне было 22 года, и мы были убеждены, что мы завоевали рай. Диву даешься! Я понять не могу, я не экономист, не математик, но я не могу понять истинную причину падения нашей родины. Я сохранил в себе гордость за ту победу, горжусь своими наградами и офицерским званием, благодарю армию, которая меня воспитала. Я не знаю, что бы со мной было — я остался один, без родителей, в 14 лет. Меня армия сформировала. Но печаль портит этот праздник. Если кому-то за границей говоришь, что мы — ветераны войны, да еще народные артисты СССР, — получаем ниже прожиточного минимума, никто не верит. Мы, фронтовики, иногда собираемся, нас осталось очень мало, выпиваем рюмку-две и некоторые плачут от того, что потеряно то горделивое, что мы испытали во время войны. Очень жалко. То, что я патриот своей родины (хотя патриот тоже плохое слово), что я люблю свою родину, я это доказал своей жизнью.


Collapse )