Мечта Поэта (marion_delorm) wrote in chtoby_pomnili,
Мечта Поэта
marion_delorm
chtoby_pomnili

Categories:

Рейнальдо Аренас



Рейнальдо Аренас родился в 1943 году на Кубе в провинции Ориенте в бедной крестьянской семье. Стал писать стихи в 13 лет. В 15 ушел из дома, плененный лозунгами кубинской революции. Воевал против диктатуры Батисты. При Кастро получил специальность бухгалтера. Изучал литературу и философию в Гаванском университете, курса не закончил. Стал активным участником гаванского литературного и гомосексуального андеграунда. В 1963 году устроился на работу в библиотеку имени Хосе Марти. В 1965-м получил первую премию за роман «Селестино перед рассветом» (Celestinoantesdelalba) в национальном литературном конкурсе. В 1973 году попал в тюрьму за гомосексуализм. Бежал. Скрывался в парке имени Ленина в Гаване. Снова был арестован и брошен в самый страшный кубинский застенок Эль Морро. Освобожден в 1976-м. В 1980 году, когда Кастро разрешил всем маргиналам покинуть Кубу, Аренас оказался в Майами, потом в Нью-Йорке. В 1987 году у него обнаружили СПИД. В 1990-м он покончил с собой. 


Рейнальдо Аренас:
ПРЕЖДЕ ЧЕМ НАСТУПИТ НОЧЬ(Отрывки из книги)


МОЯ БАБУШКА
<…>
Моя бабушка рассказывала мне истории о призраках, о людях, которые разгуливают, держа свою голову в руках, о мертвецах, которые бродят над зарытыми сокровищами, сторожа их. Она, конечно, верила в ведьм, поэтому родственники ее сторонилась. Ведьмы приходили по ночам с плачем и проклятиями, забирались на крышу дома, что-нибудь просили, и нужно было обязательно дать им это. Бабушка знала какое-то заклинание от ведьм, чтобы они не навредили. Она считала горы священным местом, где водятся не только животные, которых едят или заставляют работать, но и всякие таинственные существа, невидимые простому смертному. Каждое растение, каждое дерево дышало тайной, известной только ей. Гуляя, она разговаривала с деревьями. Иногда сердилась на них и била, будто по щекам. Помню, как в бурю бабушка надавала пощечин пальме. Что ей сделала эта пальма? Предала ее, за чем-то не уследила? За что бабушка наказывала ее? Она помнила старые песни, усаживала меня к себе на колени и пела их. Мать не была со мной так нежна, как бабушка.


ПОЛИТИКА
<…>
Несколько лет назад мой дедушка установил в доме радио с наушником <…>. У радио была длиннющая проволочная антенна, которая выходила из окна наружу и крепилась на бамбуковых палках. Эта антенна была по совместительству громоотводом, и однажды молния убила мою прабабушку, которая сидела рядом с радио. Обычно мы собирались все вместе, дедушка слушал наушник и пересказывал нам новости. Когда дедушка сердился на бабушку, он вставлял в свой пересказ фразы, которых не было в передаче. Это были диатрибы против женщин и всевозможные оскорбления, которые бабушка молча проглатывала, потому что думала, что их передают по радио.


СТУДЕНТ

Политехникум, куда я поступил в шестнадцать лет, находился в бывших казармах Батисты «Ла Пантоха». По окончании курса мы должны были стать сельскохозяйственными бухгалтерами, так называлась новая дисциплина, введенная правительством, которое уже лелеяло планы национализации земли. Думаю, это была первая стипендия, созданная Кастро с целью воспитания молодых коммунистов. Большинство студентов, я в том числе, поначалу не понимали этого. Нас вербовали по всему Острову.

Я был одним из двух тысяч юношей, которых заперли в казармах и не выпускали на улицу. Кажется, нельзя было придумать более подходящей ситуации для развития моих гомосексуальных пристрастий, но никаких эротических отношений у меня тогда не было. Я был жертвой всех предрассудков мачистского общества, вскормленных революцией. В политехникуме, где культивировалась милитаристская мужественность, казалось, не было места для гомосексуализма, за который уже тогда сурово наказывали, вплоть до исключения и тюрьмы. Однако многие юноши все равно тайно практиковали гомосексуализм. Застигнутые за этим делом, они должны были по приказу начальства прошагать строем до склада со своими матрасами и вещами и там сдать все это. Остальные студенты должны были кидать в них камни и пинать их. Это изгнание было роковым, потому что сопровождалось волчьим билетом, который не давал возможности поступить ни в одно учебное заведение (государство к тому времени распространило свой контроль почти на все сферы жизни). Многие из тех юношей с матрасами на плечах вели себя очень мужественно. От этого спектакля мне было стыдно и страшно. Снова и снова слышал я слова моего школьного товарища «ты птичка, вот кто ты такой» и понимал, что быть на Кубе «птичкой» самое большое несчастье.
Помимо моральных полным ходом шли политические чистки.

Все преподаватели были коммунистами, и одним из самых важных предметов считался марксизм-ленинизм. Мы должны были выучить от корки до корки учебник по марксизму-ленинизму, выпущенный для Кубы Академией наук СССР, учебник политэкономии Никитина и «Основы построения социализма на Кубе» Бласа Роки. Мы, конечно, изучали бухгалтерское дело. Курс также включал в себя восхождения на Пико Туркино в Сьерра Маэстра. Сьерра Маэстра была чем-то вроде святилища, куда периодически требовалось совершать паломничество. Была и, думаю, остается своего рода Меккой или Гробом Господним. В Сьерра Маэстра Фидель Кастро скрывался до бегства Батисты. Чтобы получить диплом сельскохозяйственного бухгалтера, следовало подняться на Пико Туркино шесть раз. Кто не мог это сделать из-за физической неподготовленности или по какой-нибудь другой причине, считался слабаком и недостойным получить диплом. На самом деле, шесть восхождений на Пико Туркино были привилегией бухгалтеров. Во время очередного подъема я столкнулся с юношей, который уже еле полз. Он делал дипломатическую карьеру, что требовало двадцати пяти восхождений. Не знаю, удалось ли ему стать хорошим дипломатом, поскольку альпинистом он был никудышным.

Для меня, простого крестьянина, выросшего среди скал и колючек, подниматься на Сьерра Маэстра с моими товарищами, спать на открытом воздухе в гамаке и купаться в горных речках, было приключением. Когда мы с песнями забирались на эти горы, никому и в голову не приходило, что наши экскурсии часть мрачного плана. Через несколько месяцев нам сказали, что мы не простые студенты, а молодые коммунисты, — авангард революции, ее солдаты. Во время последнего восхождения мы уже пели не что хотели, а «Интернационал» и другие коммунистические гимны. Директором политехникума был Альфредо Сарабиа, старый военный, ветеран коммунистической партии. Так в 1960 году, когда Кастро уверял весь мир, что он не коммунист и что Кубинская революция «такая же зеленая, как пальмы», молодежь на Кубе воспитывалась в духе милитаристской коммунистической доктрины: у нас была военная подготовка, мы учились стрелять из дальнобойных орудий. Один из наших преподавателей сочинил гимн сельскохозяйственных бухгалтеров, который начинался с того, что мы, бухгалтеры, — авангард революции.

Мы и наши учителя-волонтеры, которые тоже поднимались на Сьерра Маэстра, были «кадрами революции», как тогда говорилось. Нам предстояло проводить учет и контроль на фермах, то есть государственных фермах, потому что они так никогда и не были переданы народу. Многие из моих однокурсников стали крупными чиновниками, многие покончили с собой. Один мой друг из Ольгина выстрелил себе в голову из пулемета. Мы же, кто выдержал, считались новыми людьми, молодыми коммунистами, которые будут контролировать экономику страны.

Было нелегко выжить в атмосфере этих чисток, не только моральных, политических и религиозных, но и физических. Кроме того, мы должны были сдавать экзамены по техническим дисциплинам. Из двух тысяч студентов осталось меньше тысячи. Конечно же, не только я скрывал свой гомосексуализм и свое неприятие коммунизма. Многие студенты как-то выкручивались, чтобы выжить. Другие просто подавляли свою природу. Такие антикоммунисты, как я, могли без запинки цитировать учебники по марксизму. Мы рано научились подавлять желания и протест. На одном из собраний в актовом зале политехникума, том самом, где контрреволюционеров приговаривали к расстрелу, один юноша, китаец, сказал директору, что в рисе, которым нас кормят, попадаются черви и долгоносики. Директор покраснел от гнева и назвал сказавшего это слабаком и контрреволюционером, лишенным способности самопожертвования. Сарабиа закончил свою речь так: «Скоро нам придется забыть о рисе и научиться есть червей». Юноша был исключен. Однако исключения носили избирательный характер. Некоторые были неприкосновенны.

Нужно признать, что энтузиазма тогда еще было больше, чем разочарования.

У некоторых преподавателей, если не у большинства, были сексуальные отношения со студентами. Перед комнатой преподавателя марксизма по имени Хуан студенты выстраивались в очередь, чтобы трахнуть его. Я видел это своими глазами. Мой товарищ, обладатель одного из самых больших членов в политехникуме, признавался мне, что он — любимчик этого Хуана, у которого среди студентов было около сотни любовников.

Думаю, что многие из стипендиатов были «бугарронес», то есть активными гомосексуалистами. Для них трахнуть мужчину не значило быть гомосексуалистом. Голубым считался тот, кого трахают. Однажды разразился страшный скандал, когда обнаружилось, что более ста студентов каждый вечер перелезают через стену политехникума, чтобы встретиться с голубым, который специально приходил из Ольгина на встречу со своими претендентами. Когда Сарабиа с армией верных ему преподавателей явился, чтобы поймать его, голый юноша бросился бежать и затерялся среди скал Ольгина. Воспользовавшись темнотой, стипендиаты укрылись в казармах. Тем же вечером Сарабиа собрал всех в актовом зале и произнес длиннейшую речь, полную лозунгов и угроз. После этого был показан советский фильм под названием «Жизнь Ленина». Мы смотрели какой-нибудь советский фильм почти каждый вечер и ели много советского мяса. Нас, безусловно, пытали, но нас также и питали, и бесплатно учили, правительство одевало нас, по-своему воспитывало и распоряжалось нашей судьбой.


ЧЕТЫРЕ КАТЕГОРИИ ГОЛУБЫХ

При всем разнообразии гомосексуалистов, я выделил среди них несколько типов. Первый тип — голубой с ошейником. Это тип гомосексуалиста-скандалиста, которого все время арестовывают в каком-нибудь туалете или на пляже. Как я понимаю, система постоянно держит его на поводке. Когда этот голубой попадается на крючок, его приговаривают к принудительным работам. Лучший пример такого типа — Томасито по прозвищу Ла Гойеска. Я дал этому юноше, работавшему в Национальной библиотеке, такое прозвище, потому что он был похож на персонажа Гойи, гротескного паукообразного карлика с неутолимым сексуальным аппетитом.

За голубым с ошейником следует обычный голубой. Положение этого голубого на Кубе щекотливо. Он ходит в кино, пишет время от времени стихи, никогда не рискует и посвящает свои вечера чаепитиям в доме друзей. Лучший пример такого типа — мой друг Рейнальдо Гомес Рамос. Обычно эти голубые спят только с другими голубыми, так никогда и познав настоящего мужчину.

За обычным голубым следует голубой тайный. Никто как правило не знает о голубизне этих голубых. Они женятся, у них рождаются дети, но обручальные кольца они часто одевают на указательные пальцы. Распознать тайного голубого непросто. Часто он сам закладывает других голубых. Таких примеров тысячи, но самый характерный — драматург Николас Диас, который однажды в отчаянии вставил себе в анус лампочку. Этот член союза коммунистической молодежи никак не мог объяснить происхождение лампочки в этой части его тела. Он был исключен из союза с большим скандалом.

Последним идет королевский голубой. Он встречается только в коммунистических странах. Благодаря связям в высших эшелонах власти или какой-нибудь особой должности в органах госбезопасности и так далее, королевский голубой наслаждается привилегией быть явным голубым. Он может вести скандальную жизнь и занимать при этом высокие посты, выезжать из страны, путешествовать, носить драгоценности, хорошую одежду и пользоваться казенным автомобилем. Лучший пример такого типа — Альфредо Гевара. 

В 1993 году его воспоминания «Прежде чем наступит ночь» (Antesqueanochezca) были признаны бестселлером в США. В 2000 году по этим воспоминаниям снят фильм с Хавьером Бардемом в главной роли (номинация на Оскар). Романы, стихи, пьесы, эссе Аренаса переведены на многие языки. Самые известные его книги «Мир-галлюцинация» (Elmundoalucinante, 1968 — авантюрный роман, история жизни мексиканского еретика XVIII века), «Замок белых скунсов» (Elpalaciodelasblanquisimasmofetas, 1980), «Опять море» (Otravezelmar, 1982), «Цвет лета» (Elcolordelverano, 1991), «Осада» (Elasalto, 1992). (с)
Subscribe

  • Беляева Ольга Сергеевна

    Одним из немногих режиссёров, запомнившихся из эпохи кинематографа 90-х стал Дмитрий Астрахан. Его необычные фильмы "Всё будет хорошо",…

  • ОРЛОВА Любовь Петровна

    Народная артистка СССР (1950) Лауреат Государственных премий СССР (1941, за участие в фильмах «Волга-Волга» и…

  • НАЗАРОВА Маргарита Петровна

    Актриса цирка и кино, дрессировщица тигров Народная артистка РСФСР (1969) Маргарита Назарова родилась 26 ноября 1926 года в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments