Андрей Гончаров (andrey_g) wrote in chtoby_pomnili,
Андрей Гончаров
andrey_g
chtoby_pomnili

Category:

ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич (часть 1)


Шостакович 3

Лауреат Сталинской премии (1941, 1942, 1946, 1950, 1952, 1968)

Лауреат Международной премии Мира (1954)

Лауреат Ленинской премии (1958)

Герой Социалистического Труда (1966)

Лауреат Государственной премии СССР (1968)

Лауреат Государственной премии РСФСР (1974)

 
Шостакович 4

 

 

Дмитрий Шостакович родился в Санкт-Петербурге 12 (25) сентября 1906 года. Его отец  - Дмитрий Болеславович Шостакович, был инженером-химиком и страстным любителем музыки, мать, София Василиевна Шостакович — одаренной пианисткой. Семья была либеральных взглядов,

 

Юный Шостакович 8 января 1918 года написал траурный марш памяти руководителей партии кадетов, Шингарёва и Кокошкина, убитых накануне матросами и солдатами.

 

Современники вспоминали, что Митя, как его называли близкие, был «худеньким мальчиком, с тонкими, поджатыми губами, с узким, чуть горбатым носиком, в очках, старомодно оправленных блестящей ниточкой металла, абсолютно бессловесный, сердитый бука... Когда же он... садился за огромный рояль ...худенький мальчик за роялем перерождался в очень дерзкого музыканта...»

 

Близкий друг семьи Шостаковичей, детская писательница Клавдия Лукашевич в одном из писем рассказывала:

 

- Собираясь на детский праздник, она спросила еще одну приглашенную в гости даму: "Что вы получили в пайке? - Селедки. - Отлично. Захватите селедки, а я два кочана капусты. Да напишите стишки - мадригал". Тягости времени - тягостями, а о музах в окружении Шестаковича не забывали.

 

В тринадцать лет, влюбленный в десятилетнюю девочку Наталью Кубе, будущий композитор написал и посвятил ей небольшую прелюдию.

 

После занятий в частной музыкальной школе, в 1919 года Шостакович был принят в Петроградскую консерваторию в класс фортепиано, и позже стал серьёзно заниматься композицией.

Шостакович 9

 

Окружающих - и профессоров, и студентов - поражала необыкновенно яркая и разносторонняя его одаренность: блестящая музыкальная память, умение прекрасно читать с листа не только фортепианную литературу, но и сложные оркестровые партитуры, пытливый, острый ум, способный быстро воспринимать и оценивать все, что он слышал в классах консерватории, на концертах.

 

Но вскоре ко всем этим юношеским впечатлениям и увлечениям прибавилась и серьезная обязанность - материальная забота о семье. В 1922 году, когда юноша переходил на последний курс консерватории, умер его отец. После смерти отца нужно было не только напряженно учиться, но и работать.

 

В октябре 1923 года юный Шостакович сдает экзамен в Союзе работников искусств на должность пианиста-иллюстратора кино.


Зарубежные мелодраматические и приключенческие фильмы, составлявшие тогда основной репертуар кинотеатров, давали богатый и разнообразный материал для импровизации.
Следя за событиями на экране, пианист все время сочинял музыкальные картины, строил эпизоды, находил для персонажей ведущие мелодии. Находил и тут же их проверял, видоизменял. Найденное оставалось и развивалось на следующем сеансе, от случайного он отказывался. Впоследствии, работая над симфониями и концертами, операми и балетами композитор использует полученный опыт, время от времени вспоминая ранее найденное и проверенное.


Игра перед экраном продолжалась пока шёл сеанс, т.е. около часа. За это время много раз сменялся темп, сила звучания, пианист стремился как можно больше разнообразить свое сопровождение. Это помогало и фильму, помогало и исполнителю, росло его мастерство.
И юноша играл, играл, играл…


Сначала в «Светлой ленте» в ноябре-декабре 1923-го, через год в октябре-ноябре 1924-го в «Сплендид-Паласе», и наконец с 15 февраля 1925-го уже как штатный пианист кинотеатра – в «Пикадилли».


Через несколько лет он играет в Варшаве на Первом Международном конкурсе пианистов имени Шопена и получает почетный диплом.

 

Директором консерватории был известный композитор Александр Глазунов. В первые послереволюционные годы талантливым студентам, получавшим стипендию, выдавали продовольственную поддержку. Решение о стипендии иногда принимал сам Луначарский.

 

Глазунов обратился к Максиму Горькому, общавшемуся с Луначарским, с просьбой устроить с ним встречу. И вот между Глазуновым и Луначарским состоялся такой диалог:

 

Луначарский: - Кто он? Скрипач? Пианист?

Глазунов: - Композитор.

Луначарский: - Сколько ему лет?

Глазунов: - Пятнадцатый. Аккомпанирует фильмам. (Шостакович подрабатывал, сопровождая своей игрой в кинотеатре немые фильмы). Недавно загорелся под ним пол, а он играл, чтобы не получилось паники... Он композитор…

Луначарский: - Нравится?

Глазунов: - Отвратительно.

Луначарский: - Почему пришли?

Глазунов: - Мне не нравится, но дело не в этом. Время принадлежит этому мальчику.

 

В 1923 году Шостакович окончил консерваторию по классу фортепиано, а в 1925 году — по классу композиции. В то же время в жизни начинающего композитора появилась девушка, в которую он влюбился с новой, уже юношеской страстью.

 

Татьяна Гливенко была ровесницей Шостаковича, хороша собой, прекрасно образована и отличалась живым и веселым нравом. Семнадцатилетний Митя без памяти влюбился в приезжую москвичку, и у новых знакомых завязалось романтичное и долговременное знакомство. В год встречи с Татьяной впечатлительный Дмитрий принялся за создание Первой симфонии.

 

Испытывая самые нежные чувства к любимой девушке, Шостакович тем не менее не желал даже думать о предстоящем браке. Внутри у него жили необъяснимые противоречия, о которых писатель Михаил Зощенко говорил: «...Казалось, что он — «хрупкий, ломкий, уходящий в себя, бесконечно непосредственный и чистый ребенок»». Это так... Но, если бы было только так, то огромного искусства... не получилось бы. Он именно то... плюс к тому — жесткий, едкий, чрезвычайно умный, пожалуй, сильный, деспотичный и не совсем добрый».

 

Дмитрий Шостакович избегал затрагивать тему брака и семьи, а в одном из писем к матери он так объяснял собственную нерешительность: «Любовь действительно свободна. Обет, данный перед алтарем, это самая страшная сторона религии. Любовь не может продолжаться долго... моей целью не будет связать себя браком».

 

Татьяне, которой уже было почти двадцать восемь лет, хотелось детей и законного мужа. И она открыто заявила Дмитрию, что уходит от него, приняв предложение руки и сердца от другого поклонника, за которого вскоре и вышла замуж.

 

Через три года Шостакович попросил Гливенко уйти от мужа и стать его женой, но та не восприняла предложение Шостаковича серьезно и ждала ребенка. В апреле 1932 года Татьяна родила сына и попросила Шостаковича навсегда вычеркнуть ее из своей жизни.

 

Окончательно убедившись, что любимая к нему никогда не вернется, в мае того же года композитор женился на молодой студентке Нине Варзар. Этой женщине предстояло провести с Дмитрием Дмитриевичем более двадцати лет, родить композитору дочь и сына и умереть раньше обожаемого супруга.

 

После смерти Нины Шостакович женился еще два раза: на Маргарите Кайоновой, с которой прожил непродолжительное время, и на Ирине Супинской, окружившей мужа теплотой и заботой, которые сохранились в их семье до конца жизни композитора.

 

Его дипломной работой была «Первая симфония». По традиции, восходящей к Чайковскому, Рахманинову и Прокофьеву, Шостакович собирался продолжить карьеру и как концертирующий пианист, и как композитор. Однако в 1927 году на 1-м Международном конкурсе пианистов им. Ф. Шопена в Варшаве, заранее надеясь на победу, он в итоге получил только почётный диплом участника. В конкурсную программу Шостакович включил сонату собственного сочинения. Необычный талант музыканта заметил один из членов жюри конкурса, австро-американский дирижёр и композитор Бруно Вальтер, который предложил Шостаковичу поиграть ему на рояле еще что-нибудь. Услышав Первую Симфонию, Вальтер немедленно попросил Шостаковича прислать партитуру симфонии ему в Берлин, и затем исполнил симфонию в текущем сезоне, тем самым сделав имя русского композитора знаменитым.

 

В 1927 году произошли еще два значительных события в жизни Шостаковича. В январе в Ленинграде побывал австрийский композитор, представитель Второй венской школы, Альбан Берг. Приезд Берга был обусловлен российской премьерой его оперы «Воццек», и она вдохновила Шостаковича приняться за написание оперы «Нос», по повести Гоголя. Другим важным событием явилось знакомство Шостаковича с Иваном Соллертинским, который во время своей многолетней дружбы знакомил Шостаковича с творчеством великих композиторов. Так, после изучения партитуры «Kammermusik No.2, op.36» Хиндемита, Шостакович создал знаменитый в наши дни свой Первый фортепианный концерт.

 

Его опера «Леди Макбет Мценского уезда» по повести Лескова, первоначально принятая с восторгом и уже просуществовав на сцене полтора сезона, неожиданно подверглась разгрому в официальной советской печати в статье «Сумбур вместо музыки» в газете «Правда», и была снята с репертуара.

 

В этом же 1936 году должна была состояться премьера 4-й Симфонии, произведения нового, монументального стиля, сочетающего в себе героический пафос с лирическими  эпизодами. Однако Шостакович приостановил репетиции Симфонии перед декабрьской премьерой, понимая, что в атмосфере начавшегося в стране государственного террора, когда ежедневно арестовывались представители творческих профессий, исполнение её могло быть воспринято властью как вызов. 4-я Симфония была впервые исполнена только в 1961 году.

 

Его упрекали в том, что он разрушает традиции классиков, что его музыка не похожа на ту, что писали раньше. Сколько лет понадобилось профессионалам и, тем более, любителям музыки, чтобы понять то, что ему казалось таким ясным, таким очевидным. "Мы нередко рисуем классиков, - писал Шостакович, - иконописными, сглаживая в них как раз те черты, которые делали их великими людьми. Мы забываем, что искусство классиков было всегда ищущим, беспокойным. Они всегда поднимала целину, шли наперекор рутине и мещанству, смело ставя в искусстве животрепещущие, наболевшие проблемы своего времени, смело создавая для него новые средства художественного выражения".

 

Однажды Шостакович сказал: "Если бы мне отрезали руки, я бы все равно писал, держа перо в зубах". А студенты музыкального училища, бодро отвечали на уроках, что Шостакович написал оперу "Леди Макбет М невского уезда", и музыка оказалась такой плохой, что получился "Сумбур вместо музыки" - как писала газета "Правда" в 1936 году. И газете верили. Никто с этим мнением не спорил. Хотя опера два года с большим успехом шла в Ленинграде, что дирижировал ею знаменитый Самуил Самосуд, который утверждал, что "Леди Макбет" - опера гениальная" и высказывал уверенность., что будущее оправдает эту характеристику.

 

Максим Горький, защищавший молодого Шостаковича, писал, что статья в " Правде" ударила его точно кирпичом по голове: "Сумбур", а почему? В чем и как это выражено? Тут критика должна дать техническую оценку музыке Шостаковича, - писал он. - А то, что дала статья "Правды", разрешило стае бездарных людей, халтурщиков всяческих, травить Шостаковича..."

 

В мае 1937 года Шостакович выпустил в свет 5-ю Симфонию, произведение, созданное намеренно в общепринятой форме: 4 части с сонатным аллегро, скерцо и триумфальным финалом, с преобладанием классических гармоний, предпослав симфонии фразу: «Ответ Советского композитора на справедливую критику Партии». После премьеры сочинения в «Правде» вышла хвалебная статья, и за симфонией официально закрепилась слава «образца произведения социалистического реализма в симфонической музыке». Отношения с Кремлём на время наладились.

 

Дирижер,  друг Шостаковича и первый исполнитель многих произведений Шостаковича Евгений Мравинскин позже вспомнит: "До сих пор не могу понять, как это я осмелился принять такое предложение... Ведь на карту была поставлена не только моя репутация, но, что гораздо важнее, судьба нового никому не известного произведения". Речь шла не только об этом конкретном произведении, но и о судьбе самого композитора. Успех был ошеломляющий. Овация длилась полчаса.

 

С 1937 года Шостакович вёл класс композиции в Ленинградской консерватории. В 1939 года он становится профессором.

 

Находясь в первые месяцы Великой отечественной войны в Ленинграде, вплоть до эвакуации в Куйбышев в октябре, Шостакович начинает работать над 7-й симфонией — «Ленинградской». Симфония была впервые исполнена на сцене Куйбышевского театра оперы и балета 5 марта 1942 года, а 29 марта 1942 года — в Колонном зале московского Дома Союзов. 9 августа 1942 произведение прозвучало в блокадном Ленинграде. Организатором и дирижером выступил дирижер оркестра Ленинградского Радиокомитета Карл Ильич Элиасберг. Исполнение симфонии стало событием не только в жизни сражающегося города и его жителей. Премьеру симфонии транслировали все радиостанции США, Канады, Латинской Америки - ее слушало около 20 млн. человек. Более 60 раз прозвучала эта симфония на Американском континенте в течение лишь нескольких месяцев 1942 года.

 

Через год Шостакович пишет 8-ю Симфонию, в которой словно следуя завету Малера о том, что «в симфонии должен быть отображён весь мир», рисует фреску происходящего вокруг. В ней как в зеркале видны и ужас российской повседневности с её лицемерием и гигантоманией, и трагедия войны, и заботы обычного человека, и его надежда на лучшие времена.

Шостакович 1

 

В 1943 году композитор переезжает в Москву и до 1948 года преподает в Московской консерватории. У него обучались В. Д. Биберган, Р. С. Бунин, А. Д. Гаджиев, Г. Г. Галынин, О. А. Евлахов, К. А. Караев, Г. В. Свиридов, Б. И. Тищенко, К. С. Хачатурян, Б. А. Чайковский, А. Г. Чугаев.

 

Для выражения своих идей, мыслей и чувств Шостакович использует жанры камерной музыки. В этой области им созданы такие шедевры как фортепианный квинтет (1940), фортепианное трио (1944), Струнные квартеты №2 (1944), №3 (1946) и №4 (1949).

 

В 1945 году, после завершения войны, Шостакович пишет 9-ю Симфонию, наполненную иронией и сатирой по отношению к окружающей его советской жизни. В этой «лёгкой», на первый взгляд, симфонии, композитор возвращается к одной из главных тем своего творчества – обличению пошлости. В советской прессе появились статьи недоумённых рецензентов, ожидавших от главного музыкального «соцреалиста» страны громоподобного гимна победе, а вместо этого получивших камерную сифонию о советской действительности.

 

В конце 1920-х - начале 1930-х Шостакович создавал музыку для патриотических и производственных фильмов. Один из его маленьких шедевров, оставшихся от этого времени - всем известная мелодия для "Песни о встречном" ("Нас утро встречает прохладой", на стихи ленинградского поэта Бориса Корнилова). В 1945 году это произведение стало гимном ООН. В годы войны он охотно брался инструментовать известные вокальные произведения для фронтовых нужд. Он очень любил музыку и очень хотел хоть чем-то помочь воюющей родине - ходил рыть окопы, и учился тушить зажигательные бомбы.

Шостакович дежурит на крышах во время бомбёжки

 

Гром, прогремевший сначала в 1946-м, во время «разоблачения» журналов «Звезда» и «Ленинград», за которым последовало преследование писателей, в том числе Зощенко и Ахматовой, продолжился в 1948-м, когда Кремль принялся за Союз Композиторов, обвинив великих мастеров Шостаковича, Прокофьева и Хачатуряна в «формализме», «буржуазном декадентстве» и «пресмыкании перед западом». Шостакович был обвинён в профнепригоднности и изгнан из Московской консерватории.

 

Главным обвинителем был секретарь ЦК КПСС, близкий соратник Сталина, Андрей Жданов. Несмотря на скорую кончину Жданова, репрессии в стране продолжали разгораться, что сильно отражалось на творчестве Шостаковича. Снова «невовремя», в 1948 году, он создаёт вокальный цикл «Из еврейской народной поэзии», и во время организованной руководителем НКВД Абакумовым в январе 1949 года массированной антисемитской государственной компании, продолжавшейся вплоть до смерти Сталина в 1953 году, Шостакович вновь оказывается под ударом, на этот раз как «потворник безродных космополитов и врагов народа». Написанный в 1948 году Первый скрипичный концерт в связи с этими событиями был скрыт композитором, и первое его исполнение состоялось лишь в 1955 году.

 

Рассказывает Мстислав Ростропович:

 

- 1948 году, придя в Консерваторию, мы увидели на доске объявлений приказ: " Шостакович Д.Д. более не является профессором по классу композиции в связи с несоответствием профессорской квалификации..." Такого унижения я никогда не испытывал".

 

Произведения Шостаковича снимаются с репертуара, от них отказываются театры. Он отвечает на эту вакханалию одному ему доступным способом - создает большое остросатирическое произведение на собственные слова и называет его "Антиформалистический раек" – своеобразный привет его самому любимому композитору - Модесту Петровичу Мусоргскому, у которого тоже есть сатирическое произведение под таким названием.

 

Пишет без малейшей надежды, что оно когда-нибудь будет исполняться. В Москве оно прозвучало впервые почти полвека спустя...

Шостакович 6

 

А в марте 1949-го года должен был состояться Всеамериканский конгресс деятелей науки и культуры. И однажды в квартире раздался потрясший всех звонок. Говорил Сталин. Шостаковичу было предложено отправляться в США на Уолдорфскую конференцию в составе советской делегации.

 

На Уолдорфской конференции присутствовал от конкурирующей организации композитор Николай Набоков, и после выступления Шостаковича, который, робея и заикаясь, прочитал по бумажке какой-то казенный текст, Набоков задал ему всего один вопрос: как вы относитесь к тому, что советская пресса пишет о современных композиторах Стравинском, Шёнберге и Хиндемите? Согласны ли с этой критикой? Вконец смешавшийся Шостакович сказал, что он согласен с тем, что пишет советская пресса.

 

Соломон Волков, рассказав эту историю в своей книге «Шостакович и Сталин» (а подобных в этой книге много, что делает ее захватывающе интересной и легко читаемой), резюмирует этот эпизод так:

 

«Атака Набокова и его друзей, можно сказать, торпедировала Уолдорфскую конференцию, но вместе с тем и подорвала репутацию Шостаковича в Америке. С этого момента, независимо от его настоящих эмоций и убеждений, он стал в возрастающей мере восприниматься на Западе как рупор коммунистической идеологии, а его музыка — как советская пропаганда. Такова была неизбежная логика «холодной войны». Враждебное отношение к музыке Шостаковича в США продолжалось, с небольшими вариациями, тридцать лет».

 

Вот поэтому и стала в Америке настоящей бомбой изданная Соломоном Волковым книга воспоминаний Шостаковича «Свидетельство», записанная им еще в Москве под диктовку Шостаковича. В этой книге великий композитор предстал тем, кем он и был: если не антисоветским художником, то уж во всяком случае антисталинским. «Свидетельство» наполнено клокочущей ненавистью Шостаковича к Сталину. Это прежде всего документ, так сказать, грубый материал, — чем и впечатлял более всего.

 

Эта книга настолько сильно поколебала сложившиеся стереотипы, что некоторые комментаторы и музыковеды в Соединенных Штатах сочли ее фальсификацией. Соломон Волков, можно сказать, разжег костер, который до сих пор продолжает гореть. Но с течением времени у его концепции появляется все больше и больше сторонников.

 

Нынешняя книга Волкова «Шостакович и Сталин» тем отличается от мемуаров «Свидетельство», что изображает Шостаковича на максимально широком фоне советской культурной жизни на протяжении всех лет жизни композитора. Это книга не только о Шостаковиче, но и о Маяковском, Зощенко, Пастернаке, Булгакове, Михоэлсе, Мандельштаме, Ахматовой, Солженицыне, Бродском, Эйзенштейне, Мейерхольде, Бабеле. Для американцев многое в книге стало настоящим откровением.

 

Еще одна дата. В 1958-м году вышло партийное Постановление об отмене того, прежнего, принятого в 1948-м. Ростропович и Вишневская рассказывали: "Нам было страшно, что мы случайно заглянули в клокочущий в его душе вулкан..." Только творчество было его спасением. В письмах, в высказываниях он был всегда предельно скуп: "...Через мою музыку люди поймут гораздо больше, что я думал и чувствовал...", - сказал он однажды в беседе Мстиславу Ростроповичу.

 

Пятидесятые начались для Шостаковича очень важным проектом. Участвуя в качестве члена жюри на конкурсе имени Баха в Лейпциге осенью 1950 года, композитор был настолько вдохновлён атмосферой, что по приезде в Москву приступил к сочинению 24 Прелюдий и Фуг для фортепиано, произведения, отдающего дань уважения великому немцу.

 

В 1958 году Анна Ахматова написала на титульном листе своей книги, подаренной композитору, посвящение: "Дмитрию Дмитриевичу Шостаковичу, в чью эпоху я живу на земле".

 

С недолгой оттепелью, как и многие его современники, композитор связывал надежды на  свободу в обществе и независимость от власть имущих. Многие произведения второй половины десятилетия проникнуты оптимизмом и неприсущей Шостаковичу ранее радостью. Таковы 6-й Струнный квартет (1956), Второй концерт для фортепиано с оркестром (1957), оперетта «Москва-Черёмушки». Одновременно с этим композитор подвергает серьёзному пересмотру ключевые моменты в истории страны, создаёт 11-ю симфонию (1957), назвав её «1905 год», продолжает работу в жанре инструментального концерта: Первый концерт для виолончели с оркестром (1959). В 1957 году Шостакович становится секретарем Союза композиторов СССР, в 1960-м - Союза композиторов РСФСР (в 1960-1968 - первый секретарь).

 

Шостакович как избранный Первый секретарь Союза Композиторов РСФСР,  был вынужден вступить в партию. В письмах к своему другу Исааку Гликману он жалуется на отвратительность этого компромисса и открывает подлинные причины, побудившие его к написанию ставшего впоследствии знаменитым Струнного квартета №8 (1960). В 1961 году Шостакович осуществляет вторую часть своей революционной дилогии: пишет Симфонию №12 «1917 год» - произведение где, композитор рисует музыкальные картины Петрограда, Разлива и самих октябрьских событий.

 

Куйбышевскому оркестру принадлежит честь первого исполнения еще  12-ой симфонии.

 

Директор и художественный руководитель филармонии Марк Викторович Блюмин рассказывал о том, как это произошло. Во время командировки в Москву он узнал, что композитор закончил работу над Двенадцатой симфонией. Позвонив Шостаковичу, он попросил его предоставить честь премьеры куйбышевскому оркестру под управлением дирижера Абрама Стасевича. Согласие было получено.

 

Как потом оказалось, в тот же вечер Двенадцатая исполнялась в Ленинграде. Но - на час позже. Одиннадцатая и Двенадцатая связаны между собой темой. Одна называется "1905-й", другая - "1917-й".

 

Если советская пресса была единодушна в горячем одобрении обеих, го за рубежом, наоборот, на них вылился холодный душ. Композитора обвиняли в лицемерии, двоедушии. Сегодня мы знаем, как долго и мучительно сопротивлялся композитор политическому давлению. Его имя было слишком известно во всем мире, к нему было приковано слишком большое внимание, чтобы ему дали возможность жить только в мире своих духовных потребностей. Однажды, попав в больницу из-за сломанной ноги, сказал другу: " Меня, наверное, Бог наказал за мои прегрешения, например, за вступление в партию".

Шостакович 10


Продолжение следует...

 

Tags: композиторы
Subscribe

  • Исполнилось 95 лет со дня рождения Махмуда Эсамбаева.

    Ему было 16 лет, когда началась Великая Отечественная война. В составе фронтовой концертной бригады Эсамбаев неоднократно бывал на передовой,…

  • Фоменко Пётр Наумович

    Музыкальность и хулиганство, которое в действительности было не чем иным как способом противопоставить себя неким устоявшимся рамкам в…

  • Пуговкин Михаил Иванович

    В августе 1942 года Михаил Пуговкин был тяжело ранен и попал в госпиталь. Когда юный боец пришел в сознание, ему тут же сообщили, что придется…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments