Андрей Гончаров (andrey_g) wrote in chtoby_pomnili,
Андрей Гончаров
andrey_g
chtoby_pomnili

Categories:

Мигель де СЕРВАНТЕС СААВЕДРА


Сервантес 3

Писатель

Дон Кихот 2


Сервантес родился в 1547 году в небольшом городке Алкала-де-Энаресе в двадцати милях от Мадрида. Он был младшим членом бедной, но знатной семьи идальго.

 

Отца его звали Родриго Сервантес, мать - Леонора Кортинас. Кроме Мигеля в семье были две дочери, Андреа и Луиза, и сын Родриго. Самый знаменитый испанский писатель был четвертым из семи детей в семье брадобрея-костоправа. Крещен он был 9 октября, а 29 сентября предполагают днем его рождения, так как это день святого Мигеля.

 

Фамилия Сервантеса насчитывала пять столетий рыцарства и общественной службы и была не только широко распространена в Испании, но имела своих представителей в Мексике и в других частях Америки. "Семья эта, - свидетельствует историк, - является в испанских летописях в течение пяти столетий окруженной таким блеском и славою, что относительно происхождения ей нет основания завидовать какой бы то ни было из наиболее знатных фамилий Европы". Путем брачных уз фамилия Сааведра соединилась в XV веке с фамилией Сервантес, которая в XVI веке пришла в крайний упадок. На примере семьи Сервантес можно без труда проследить историю обеднения испанского дворянства и роста так называемой "идальгии" - дворян, "лишенных состояния, сеньорий, права юрисдикции и высоких общественных постов".

 

Дед писателя - Хуан занимал довольно видное положение в Андалусии, был одно время старшим алькальдом города Кордовы и обладал известным состояние. Отец Сервантеса, Родриго, страдавший глухотой, не занимал никаких судебных и административных постов и не пошел дальше вольнопрактикующего лекаря, то есть был человеком, даже с точки зрения "идальгии", совсем незначительным. К кругу бедных дворян принадлежала и мать писателя.

 

Родриго де Сервантес в поисках заработка был вынужден переезжать с места на место. Семья следовала за ним. Судя по тем героическим усилиям, которые родители Сервантеса затратили позже на то, чтобы собрать необходимую сумму для выкупа Мигеля и его младшего брата Родриго из алжирской неволи, семья была дружной и крепкой.

 

Странствующий лекарь Родриго де Сервантес с семьей в 1551 году, наконец, поселился в Вальядолиде, тогдашней официальной столице королевства. Но и здесь он прожил недолго. Не прошло и года, как Родриго был арестован за неуплату долга местному ростовщику; в результате ареста и без того скудное имущество семьи было продано с торгов.

 

Снова началась бродяжническая жизнь, приведшая Сервантеса сначала в Кордову, затем возвратившая его в Вальядолид, оттуда перебросившая в Мадрид и, наконец, в Севилью. К вальядолидскому периоду относятся школьные годы Мигеля. Десятилетним подростком поступил он в коллегию иезуитов, где оставался четыре года с 1557 по 1561 год. Свое образование Мигель завершил в Мадриде у одного из лучших по тому времени испанских педагогов, гуманиста Хуана Лопеса де Ойоса, ставшего несколько позднее его крестным отцом в литературе.

 

К концу шестидесятых годов XVI столетия семья Сервантесов, вступила в полосу окончательного разорения. В связи с этим Мигелю и его младшему брату Родриго пришлось подумать о том, чтобы самим зарабатывать хлеб, избрав одну из трех возможностей, открывавшихся перед испанскими дворянами средней руки, - искать счастья в церкви, при дворе или в армии. Мигель, воспользовавшись рекомендацией своего учителя Хуана Лопеса де Ойоса, провозгласившего его "своим дорогим и любимым учеником", избрал вторую возможность. Он поступил на службу к чрезвычайному послу папы Пия Пятого, монсеньору Джулио Аквавива-и-Арагону, приехавшему в 1568 году в Мадрид.

 

На этот же период приходится публикация первого стихотворения Сервантеса, посвященного смерти юной жены короля Испании Филиппа II Елизаветы Валуа в 1568 году. Вместе с послом Сервантес покинул Мадрид и в начале 1569 года прибыл в Рим. При Аквавиве он занимал должность камерария (ключника), то есть приближенного лица.

 

На службе у Аквавивы, ставшего с весны 1570 года кардиналом, Сервантес провел около года. Во второй половине 1570 года он поступил в испанскую армию, расквартированную в Италии, в полк Мигеля де Монкады.

 

Пять лет, проведенных Сервантесом в рядах испанских войск в Италии, были очень важным периодом в его жизни. Они дали ему возможность посетить крупнейшие итальянские города: Рим, Милан, Болонью, Венецию, Палермо - и основательно познакомиться с укладом итальянской жизни. Не менее важным, чем тесное соприкосновение с жизнью Италии XVI века, с бытом ее городов, было для Сервантеса и знакомство с богатой итальянской культурой, особенно с литературой. Длительное пребывание Сервантеса в Италии позволило ему не только овладеть итальянским языком, но и расширить гуманитарные познания, приобретенные им в мадридской школе.

 

К основательному знакомству с античной литературой и мифологией Сервантес присоединил широкое знакомство со всем лучшим, что создало итальянское Возрождение как в литературе, так и в области философии, - с поэзией Данте, Петрарки, Ариосто, с "Декамероном" Боккаччо, с итальянской новеллой и пастушеским романом, с неоплатониками. Хотя Сервантес и называл себя полушутя "талантом, в науке не искушенным", он был, по собственному его признанию, страстным читателем.

 

Наряду с величайшими представителями античной литературы - Гомером, Вергилием, Горацием, Овидием и другими, а также упомянутыми выше писателями итальянского Возрождения в перечне фигурируют персонажи Священного писания и восточной (арабской) письменности. На мировоззрение Сервантеса оказали влияние идеи Эразма Роттердамского, он был замечательным знатоком национальной испанской литературы, народной поэзии (романсов) и вообще национального фольклора.

 

В начале 70-х годов развернулась война между Святой лигой, которую образовали Испания, Венеция и папа римский, и Османской империей. Сервантес отличился в знаменитой морской битве при Лепанто 7 октября 1571 года, когда флот турок был разбит. В тот день Сервантес болел лихорадкой, но потребовал, чтобы ему разрешили участвовать в бою: дошли благодаря свидетельству одного из его товарищей произнесенные им слова: "Предпочитаю, даже будучи больным и в жару, сражаться, как это и подобает доброму солдату... а не прятаться под защитой палубы". Просьба Сервантеса была удовлетворена: во главе двенадцати солдат он охранял во время боя лодочный трап и получил три огнестрельные раны: две в грудь и одну в предплечье. Эта последняя рана оказалась роковой: Сервантес с тех пор уже не владел левой рукой, как он сам говорил, "к вящей славе правой".

 

Тяжелые ранения привели писателя в госпиталь в Мессине, откуда он вышел только в конце апреля 1572 года. Но и увечье не побудило его оставить военную службу. Зачисленный в полк Лопе де Фигероа, Сервантес провел некоторое время на острове Корфу, где был расквартирован полк. 2 октября 1572 года он участвовал в морской битве при Наварине, а в следующем году вошел в состав экспедиционного корпуса, направленного под начальством дона Хуана Австрийского в Северную Африку для укрепления крепостей Голеты и Туниса. В 1573 году полк Сервантеса был возвращен в Италию для несения гарнизонной службы сперва в Сардинии, а несколько позднее, в 1574 году - в Неаполе.

 

В 1575 году Сервантес покинул Италию, заручившись рекомендательными письмами Хуана Австрийского, ценившего в нем храброго солдата, и отплыл вместе с своим братом, Родриго, из Неаполя. 26 сентября 1575 галера, на которой он плыл с братом, была захвачена вблизи Болеарских островов африканскими корсарами. Весь экипаж вместе с Сервантесом, несмотря на мужественное сопротивление, был захвачен в плен и в Алжире продан в рабство Дали-Мами. Сам Сервантес был закован в цепи, но благодаря найденным при нем рекомендательным письмам Хуана Австрийского, из которых корсары вывели заключение о богатстве и знатности пленника, с ним обращались не слишком жестоко.

 

Первая попытка побега Серванте6са потерпела неудачу из-за измены араба, который должен был стать проводником для беглецов, намеревавшихся добраться до Орана. Араб бросил беглецов на произвол судьбы в первый же день. В 1576 году, воспользовавшись тем, что один из выкупленных пленников возвращался на родину, Сервантес отправил весть родным о своем рабстве. Отец Сервантеса мобилизовал для выкупа сыновей все свои скудные средства вплоть до приданого обеих дочерей. Однако полученных средств оказалось мало, и Сервантес употребил их на выкуп своего брата в августе 1577 года.

 

Новый план освобождения, разработанный совместно с братом, оказался также неудачным. В момент, когда беглецы собирались погрузиться на ожидавшее судно, их убежище было обнаружено турками. Положение пленных сильно ухудшилось, и всем им грозили жесточайшие кары, но Сервантес объявил, что он один является виновником организации побега. Над ним было установлено тщательное наблюдение. Спустя некоторое время он нашел способ сообщить правителю Орана о тяжелом положении пленных и изложил возможный план их спасения. Однако мавр, которому поручено было отвезти это письмо, был схвачен по дороге и посажен на кол.

 

Неудачей закончилась и еще одна попытка. Беглецы должны были отплыть на фрегате, снаряженном двумя валенсийскими купцами, но были преданы бывшим доминиканским монахом, донесшим об этом алжирскому дею. Некоторое время Сервантес скрывался у одного из своих друзей, но узнав о том, что дей разыскивает его повсюду и угрожает смертью укрывателям, он добровольно отдался в руки врагов. Он заявил, что план побега придумал он один при участии четырех товарищей, которые находились на свободе, и что ни один из пленных не знал о плане до момента отплытия фрегата. Дей заключил Сервантеса в тюрьму, в которой он пробыл пять месяцев.

 

В то время как Сервантес искал пути к спасению от рабства, его отец не прекращал хлопот на родине о выкупе сына. С огромным трудом и жертвами его семье удалось собрать 300 дукатов, которые были вручены «братьям искупления», особой общественной организации, которая занималась выкупом пленных. Однако за Сервантеса его владелец потребовал сумму, значительно превышавшую присланные родными деньги. Только при помощи одного из «братьев», который внес за Сервантеса недостававшую сумму, тот получил свободу. Это было 19 сентября 1580 года. Он прибыл в Испанию, увозя с собой прекрасные аттестации, но без каких бы то ни было средств к существованию. Сервантес снова вступил в армию на территории Португалии, где пробыл с 1581 года по 1583 год.

 

Позже бурная, полная приключений жизнь сменилась рутиной гражданской службы, постоянной нехваткой средств и пробами пера. Раз он даже выиграл первый приз в состязании поэтов в Сарагосе - три серебряные ложки.

 

К этому периоду относят первое крупное произведение, Сервантеса - пасторальный роман «Галатея» (Primera parte de la Galatea, dividida en seys libros, 1585), имевший некоторый успех. Роман этот должен был состоять из двух частей, но вторая часть так и не увидела света, хотя Сервантес неоднократно давал обещание опубликовать ее. Пасторальный роман открыл писателю доступ в литературные круги.

 

Между тем материальное положение семьи за это время не только не улучшилось, но становилось с каждым годом все тяжелее, семья пополнилась внебрачной дочерью Сервантеса, Исавелью де Сааведра. Не помог подняться семье и брак Мигеля в 1584 году с уроженкой города Эскивьяс, девятнадцатилетней Каталиной де Саласар-и-Паласьос, принесшей ему очень маленькое приданое.

 

Осенью 1587 года Сервантесу удалось получить место комиссара по срочным заготовкам для "Непобедимой Армады" в городах и селах, расположенных в окрестностях Севильи.

 

Поставки в армию производились путем реквизиции излишка продуктов у населения. Для людей с нечистой совестью, для «рыцарей легкой наживы», поставки были средством быстрого обогащения. Но там, где другие продовольственные комиссары наживали взятками и хищениями целые состояния, Сервантес терпел одни неудачи. Он предпочитал жить на скудное жалованье, которое выплачивалось к тому же весьма нерегулярно. Нежелание Сервантеса идти на сделки с совестью едва не кончилось для него трагически: добросовестное выполнение комиссарских обязанностей вовлекло его в спор с церковным управлением в городке Эсихе и грозило ему отлучением от церкви, а это, в свою очередь, могло привести его в застенки инквизиции. К тому же Сервантес при всем его большом и трезвом уме не отличался аккуратностью. Небрежность в отчетах вела к столкновениям с органами финансового контроля, к обвинениям в незаконных реквизициях, в утайке денег. Одно из таких столкновений закончилось для Сервантеса заключением, правда, кратковременным, в тюрьму города Кастро-дель-Рио в 1592 году. Таким образом, служба в продовольственном ведомстве не только не улучшила материального положения Сервантеса и его семьи, по-прежнему жившей в Мадриде, но, наоборот, еще более осложнила его и ухудшила.

 

Новое назначение на место сборщика налоговых недоимок в королевстве Гранады, состоявшееся в середине 1594 года, явилось для Сервантеса источником новых бедствий. Съездив в Мадрид и обеспечив себя денежным поручительством, Сервантес приступил к сбору недоимок и уже в августе того же года смог передать севильскому банкиру Симону Фрейре де Лима для перевода в Мадрид сумму в семь тысяч четыреста реалов. И именно здесь Сервантеса постигла очередная неудача, по своим размерам превзошедшая все остальные. Банкир объявил себя банкротом, и хотя казначейству и удалось взыскать с него врученную Сервантесом сумму, однако дело этим не кончилось.

 

Несмотря на то, что Сервантес сдал в законном порядке казначейству весь остаток собранных им недоимок, казначейство, обвинив его в сокрытии, предъявило ему значительный по своим размерам иск. А так как Сервантес не смог привести доказательства своей невиновности и уплатить по иску, то он был в сентябре 1597 года посажен в Севильскую королевскую тюрьму, в которой и просидел около трех месяцев. Новое тюремное заключение все по тому же делу о сокрытии сумм постигло его и в 1602 году. Однако власти на этом не успокоились. В ноябре 1608 года, то есть через десять-одиннадцать лет после предъявления иска, они снова вызвали Сервантеса для дачи показаний. Это было все, что дала королевская власть «заслуженному ветерану войны», проливавшему за нее кровь на полях сражений и честно исполнявшему возложенные на него тяжелые обязанности по реквизиции и сбору недоимок.

Сервантес в тюрьме

 

Началом великого периода в творчестве Сервантеса, давшего миру его бессмертный роман в двух частях "Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский", его замечательные новеллы, сборник "Восемь комедий и восемь интермедий", поэму "Путешествие на Парнас" а также "Странствия Персилеса и Сихизмунды", следует считать 1603 год, к которому, по-видимому, относится начало написания "Дон Кихота".

 

Во время одного из пребываний в темнице, по собственному признанию писателя, в его воображении возник образ человека, сошедшего с ума от чтения рыцарских романов и отправившегося совершать рыцарские подвиги в подражание героям любимых книг. Первоначально это был замысел новеллы. В процессе работы над ней перед автором открылись романные перспективы развития сюжета о Дон-Кихоте.

 

Даты устанавливаются на основании слов самого Сервантеса, что его роман родился "в темнице, местопребывании всякого рода помех, обиталище одних лишь унылых звуков". Писатель имел в виду свое заключение в севильской тюрьме в 1602 году.

 

В 1604 году Сервантес расстался с Севильей и поселился во временной столице Испании - городе Вальядолиде, куда затем переехали члены его семьи, за исключением жены, продолжавшей жить в Эскивьясе. К этому времени семья Сервантеса уменьшилась: во Фландрии погиб его младший брат и товарищ по алжирскому плену Родриго - и состояла теперь из двух его сестер, Андреи и Мадалены, внебрачной дочери Исавели де Сааведро и племянницы Костансы Овандо. Материальное положение семьи продолжало оставаться бедственным.

 

Летом 1604 Сервантес ведет в Мадриде переговоры с книготорговцем Роблесом об издании завершенного к тому времени романа «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский». Первоначально «Хитроумный идальго» был отпечатан в Вальядолиде в конце 1604 года небольшим тиражом. И появился в мадридских книжных лавках в январе 1605 года. Автор пользовался известностью скорее за свои страдания в алжирском плену, чем литературной славой, человека уже пожилого, к тому же инвалида.

Сервантес 2

 

Весной 1605 года в Мадриде, в типографии Хуана де ла Куэста был отпечатан второй тираж editio princeps. Об успехе романа свидетельствует то, что в том же году появляется его второе издание, содержащее целый ряд расхождений с первым, он дважды переиздается в Лиссабоне и один раз в Валенсии. Дон Кихот и Санчо Панса как персонажи карнавальных шествий появляются на улицах испанских городов и даже в колониях - в столице Перу Лиме.

 

"Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский" (1605-1615) - пародия на рыцарский роман, своеобразная энциклопедия испанской жизни XVII в., произведение с глубоким социальным и философским содержанием. Имя Дон Кихота стало нарицательным для обозначения благородных, но бесплодных усилий.

 

О «Дон Кихоте», о всечеловеческом и национальном значении романа написаны тысячи страниц. Вряд ли найдется среди писателей с мировым именем хотя бы один, кто не выступил бы со своим толкованием романа или суждением о нем. По словам Поля Лафарга, «Дон Кихот» был любимой книгой Карла Маркса. В дореволюционной России о романе высказывались Пушкин, советовавший Гоголю в момент создания им «Мертвых душ» брать пример с Сервантеса, Белинский, не скупившийся на восторженные похвалы «Дон Кихоту», Герцен, Чернышевский, Тургенев, противопоставивший в своем знаменитом очерке эгоизму Гамлета прекраснодушие ламанчского идальго, Достоевский, Горький, Луначарский. Известно, что в детстве историю хитроумного идальго любил читать Маяковский.

Дон Кихот 1

 

В романе Сервантес стремится убедить читателей, что единственной причиной, побудившей его писать, было стремление высмеять нелепости рыцарских романов, убить их «силой смеха». Учитывая большую популярность этого литературного чтива - достаточно отметить, что с 1508 по 1612 год в Испании появилось около ста двадцати произведений рыцарского жанра, из которых лишь немногие, вроде «Амадиса Галльского» или «Пальмерина Английского», обладали художественными достоинствами, - приходится признать законность и важность предпринятой Сервантесом борьбы. Вместе с тем мы знаем, что, «расправившись» с рыцарской литературой в шестой главе первой части романа (истребление рыцарской библиотеки Дон Кихота), приведя своего безумного героя в соприкосновение с окружающей его жестокой действительностью, Сервантес строго судит не только его, но и окружающую его социальную несправедливость. По мере развития действия пародия осложняется, она перестает быть чисто книжной, ее обличительный характер становится все очевиднее. Она продолжает играть роль связующего звена, необходимого для сохранения единства действия. Но поскольку сатирическая направленность романа могла вовлечь автора в конфликт с инквизицией, тем более для него страшной, что он во время своей службы по интендантскому ведомству едва не был отлучен от церкви, Сервантес в дальнейшем вынужден прибегнуть к маскировке: он вводит в роман «арабско-ламанчского историка» Сида Ахмета Бен-инхали и приписывает ему отдельные из своих сатирических высказываний. Сервантес в этом случае оказался много дальновиднее своего героя: Дон Кихот, по замечательному выражению Карла Маркса, «должен был жестоко поплатиться за свою ошибку, когда вообразил, что странствующее рыцарство одинаково совместимо со всеми экономическими формами общества». Испытав на себе противоречие между мечтой о Золотом веке и испанской действительностью и помня, что в 1559 году Филипп II устроил невиданное по своим размерам публичное сожжение «еретиков» (под это понятие инквизиция подводила не только морисков и евреев, но и всех инакомыслящих), Сервантес должен был проявлять особую осторожность.

 

Рыцаря и его оруженосца. Сервантес не случайно взял их из среды испанского захудалого дворянства - идальгии и безземельного крестьянства, составлявших в его время основную массу населения. Неся большую социальную нагрузку, образы Дон Кихота и Санчо Пансы предоставляли Сервантесу исключительные по своей широте и глубине возможности. В уста рыцаря, прикрываясь его безумием, Сервантес вкладывал все те уроки нравственного совершенствования, политической мудрости и честности, которые он хотел преподать своим современникам.

Дон Кихот и Санчо Панса

 

Вторая часть романа была написана Сервантесом на десять лет позже первой. Между обеими частями стоят другие произведения Сервантеса, а именно: "Назидательные новеллы" (1613) и "Восемь комедий и восемь интермедий, составивших сборник 1615 года.

 

Выходят в свет и произведения, написанные им в первые годы по возвращении на родину из алжирского плена: пастушеский роман "Галатея" и до тридцати драматических произведений, "комедий", большая часть которых до нас не дошла.

 

Сведения о драматургии Сервантеса "севильского" периода его творчества ограничиваются тем, что говорит о своих ранних драмах сам Сервантес в предисловии к выпущенному им в 1615 году сборнику "Восемь комедий и восемь интермедий". Он сообщает, что в театрах Мадрида были играны его "Алжирские нравы", а также "Разрушение Нумансии" и "Морское сражение", и признает себя автором написанных им в то время двадцати или тридцати пьес. Не дошедшее до нас "Морское сражение", насколько мы можем предположить по заглавию пьесы, прославляло знаменитую победу при Лепанто, сыгравшую такую роковую роль в жизни Сервантеса.

 

В 1614 году, в разгар работы над ней Сервантеса, появляется подложное продолжение романа, принадлежащее перу анонима, скрывавшегося под псевдонимом «Алонсо Фернандес де Авельянеда». В Прологе к «Лже-Кихоту» содержались грубые выпады лично против Сервантеса, а его содержание демонстрировало полное непонимание автором подделки всей сложности замысла оригинала. В «Лже-Кихоте» содержится ряд эпизодов, сюжетно совпадающих с эпизодами из второй части романа Сервантеса. Спор исследователей о приоритете Сервантеса или анонима не может быть разрешен окончательно. Скорее всего, Сервантес специально включил во вторую часть «Дон Кихота» переработанные эпизоды из сочинения Авельянеды, чтобы еще раз продемонстрировать свое умение превращать в искусство малозначительные в художественном отношении тексты.

 

Остается невыясненным, знал или не знал Сервантес подлинное имя автора фальшивки. Обычно принято считать, что не знал. Но это маловероятно. Подложный «Дон Кихот» был встречен Сервантесом с большим и вполне законным раздражением и, пагубно сказался на его здоровье. И все же Сервантес ограничился лишь гневной отповедью по адресу своего таинственного врага. Подложный «Дон Кихот», несмотря на свою бесспорную литературность и бойкость написавшего его пера, особенного успеха не имел и прошел, в общем, незамеченным.

 

Вторая часть «Хитроумного кабальеро Дон Кихота Ламанчского» издана в 1615 году в Мадриде в той же типографии, что и «Дон Кихот» издания 1605. Впервые обе части «Дон Кихота» увидели свет под одной обложкой в 1637 году.

 

В промежутке между выходом в свет первой и второй частей "Дон Кихота", в 1613 году, вышло в свет второе по своей литературной значимости произведение Сервантеса, а именно его "Назидательные новеллы". Переведенные вскоре после своего появления на французский, английский, итальянский и голландский языки, новеллы послужили источником для ряда сценических переделок. Радушный прием, оказанный испанскими писателями "Назидательным новеллам", является бесспорным признанием справедливости слов Сервантеса о том, что "он был первый, кто начал писать новеллы по-кастильски, ибо все печатавшиеся в Испании многочисленные новеллы были переведены с иностранных языков".

 

Заключительный период в жизни Сервантеса, очень богатый в творческом отношении, протекал в основном в Мадриде, куда Сервантес перебрался после провозглашения этого города столицей королевства в 1606 году.

 

В Мадриде он жил в бедных кварталах, материальное положение его семьи не стало легче. Но, не улучшив положения Сервантеса, огромный успех его романа побудил писателя продолжать литературную работу.

 

Эти годы для него были омрачены кончиной обеих его сестер, перед смертью постригшихся в монахини, и вторым браком его дочери Исавели де Сааведра, увеличившим материальную стесненность писателя в связи с требованием жениха гарантировать приданое. Примеру сестер Сервантеса последовала и жена его, также принявшая постриг. Да и сам Сервантес вступил в 1609 году в состав Братства рабов святейшего причастия, членами которого были не только высокопоставленные особы, но и ряд крупных испанских писателей (в том числе Лопе де Вега и Кеведо). Позднее, в 1613 году, Сервантес стал терциарием (членом полумонашеского религиозного Братства мирян) Францисканского ордена и накануне смерти принял "полное посвящение".

 

Сервантес умер от болезни сердца 23 апреля 1616 года. Он был похоронен в указанном им самим монастыре за счет благотворительных сумм Братства.

 

"Простите, радости! Простите, забавы! Простите, веселые друзья! Я умираю в надежде на скорую и радостную встречу в мире ином" - с такими словами обратился гениальный испанец к своим читателям в предисловии к своему последнему творению.

 

Спустя несколько столетий Сервантес жив в памяти людей, так же как живы и его бессмертные герои - рыцарь и оруженосец, по-прежнему странствующие в поисках добра, справедливости и красоты по необъятным равнинам своей родины.

Памятник Сервантесу, 1835 год А. Сола

 

Впервые памятник выдающемуся писателю был поставлен в Мадриде в 1835 году.

 

 Сервантес 1

29 сентября 1547 года - 23 апреля 1616 года

Tags: писатели
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Исполнилось 95 лет со дня рождения Махмуда Эсамбаева.

    Ему было 16 лет, когда началась Великая Отечественная война. В составе фронтовой концертной бригады Эсамбаев неоднократно бывал на передовой,…

  • Фоменко Пётр Наумович

    Музыкальность и хулиганство, которое в действительности было не чем иным как способом противопоставить себя неким устоявшимся рамкам в…

  • Пуговкин Михаил Иванович

    В августе 1942 года Михаил Пуговкин был тяжело ранен и попал в госпиталь. Когда юный боец пришел в сознание, ему тут же сообщили, что придется…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments