Андрей Гончаров (andrey_g) wrote in chtoby_pomnili,
Андрей Гончаров
andrey_g
chtoby_pomnili

Category:

ЛУСПЕКАЕВ Павел Борисович (часть 2)




Лауреат Государственной премии России (1997, «Белое солнце пустыни», посмертно)




Из-за состояния здоровья Луспекаев был вынужден покинуть труппу БДТ. Товстоногову Луспекаев написал: «Дорогой мой Георгий Александрович! Должен вас огорчить, я никогда не буду вам врать. Театр любит сильных и здоровых людей, а на меня рассчитывать нельзя». Олег Басилашвили рассказывал: «В быту это был человек очень темпераментный — сказывалось смешение кровей. Мать - донская казачка, отец - армянин. Мы с Пашей служили в одном театре - ленинградском БДТ, жили на одной лестничной клетке. И были очень близкими приятелями. Друзьями я бы нас не назвал - слишком уж мы были разные. Паша - яркий, немного богемный, всегда бурно радующийся жизни. Это проявлялось и в общении с друзьями, и в застольях, и в отношениях с женщинами. Но во всём, что касалось театра, он был крайне пунктуален. Прийти в театр меньше чем за полчаса до начала репетиции считал для себя позором. Всё то, что Луспекаев сыграл в Большом драматическом театре - а сыграл он немного, - было на грани гениальности. Он торопился жить, торопился играть. И переживал из-за того, что многого уже не успеет. Паша, к примеру, мечтал сыграть Отелло. Рассказывал мне, что понял, как Отелло убивает Дездемону: он её душил не руками, а поцелуем. Такая смерть в любви. Он мечтал о роли Бориса Годунова. Как-то долго объяснял мне, что монолог Годунова «Достиг я высшей власти…» - это не просто слова, а разговор с Богом, который, как простой собеседник, сидит рядом с царём. Когда стало ясно, что после операции Паша не сможет работать в театре, Товстоногов подошёл ко мне и сказал: «Ну вот. Мы лишились гениального артиста!» Единственным местом работы Луспекаева оставалось кино и телевидение.
 

 


Главной работой в кино Луспекаева в его творческой карьере стала роль таможенника Павла Верещагина в картине «Белое солнце пустыни», снятая в 1968 году режиссером Владимиром Мотылем. На пробах на роль Верещагина артисты проваливались один за другим. Изначально режиссеру трудно было себе представить, как человек, перенесший ампутацию обоих стоп, сможет вынести физические нагрузки? Но Владимиру Мотылю пришла идея сделать  Верещагина героем германской войны на костылях. И с этим предложением Владимир Мотыль пришел к Павлу Луспекаеву, который сразу отверг идею с костылями. Он показал Мотылю чертеж металлических упоров, которые будут вделаны в сапоги, с помощью которых актер сам передвигался бы без какой-либо помощи. «Я сыграю то, что ты придумал, - произнес Павел Луспекаев. - А инвалида успею в другой какой-нибудь картине». Натурные съемки проходили в Дагестане в районе Махачкалы и в пустыне возле города Байрам-Али к Туркмении, и Луспекаев снимался, несмотря на невероятные боли в ногах. И хотя роль Луспекаева в этой картине первоначально была короче, и Верещагина погибал, так и не вступив в схватку с врагом - в ходе съемок режиссер изменил финал, чтобы продлить роль Верещагина. Причем, несмотря на свою болезнь, Луспекаев оставался верен своему характеру, и на съемках «Белого солнца пустыни» влюбился в молодую актрису Татьяну Ткач, которая играла в картине роль старшей жены в гареме Абдуллы. Сцен  с ней отсняли много, но после сокращения картины от «старшей жены» осталась лишь одна фраза – «А может быть, Гюльчатай его плохо ласкает?» - и голый живот в сцене, когда жены, пряча лица от Сухова, задирают юбки. Вся съемочная группа знала, что Верещагин неравнодушен к «старшей жене Абдуллы». Догадывалась об этом и жена Луспекаева, которая приходила в номер к Татьяне Ткач и просила: «Танечка, Паша отказывается есть, говорит, что пищу примет только из твоих рук. Приди, покорми его, пожалуйста!»

 


Ассистент оператора фильма «Белое солнце пустыни» Игорь Клебанов рассказывал о Павле Луспекаеве: «Роль Верещагина стала для Павла последней. Уже тогда он чувствовал себя неважно. Давали о себе знать его болячки. У Луспекаева были ампутированы ступни ног, он ходил на протезах. Ему, конечно, было трудно, но он старался этого не показывать. Когда шел на съемочную площадку, за ним всегда следовала его супруга, и несла алюминиевый стульчик. Павел через каждые 20 метров говорил ей: «Подставь». После съемок он всегда садился у моря, опускал ноги в воду. И у него в глазах аж слезы стояли. Он чувствовал, что жизнь его подходит к концу. Именно поэтому старался как можно чаще быть в кругу людей. За свой счет покупал выпивку и приглашал посидеть всех - от режиссера до плотника. Рядом всегда сидела жена и девочки из «гарема». Он брал кого-нибудь из них на колени и читал отрывки из пьес. Очень любил петь под гитару, особенно песню «Степь, да степь кругом». Пьяным этого человека я никогда не видел. Он был крепкий, мощный мужик, очень любил Николая Годовикова, как собственного сына».

 


Поскольку от гостиницы до места съемок невозможно было проехать, кто-то из каскадеров смастерил для Луспекаева удобную палку для ходьбы и актер опирался на нее, и на плечо жены Инны, шагая по пустыне. А после съемочного дня Луспекаев шел на берег Каспия, разувался, опускал ноги в воду и сидел так часами, пока боль понемногу не уходила. Иногда он привязывал к остаткам ног специальные металлические ласты и уплывал от берега. «Паша, а если утонешь?» - говорили ему. «Утону – вспоминайте». «Ты просто невозможный человек!» - говорили ему друзья и знакомые.

 

Олег Басилашвили рассказывал: «Боль, которую он испытывал, была непереносимой. Его спасали уколы. Кололи ему пантопон. В конце концов, Паша, запертый болезнью в своей квартире, почувствовал, что постепенно превращается в наркомана. А он не хотел умирать — он страстно желал вернуться в театр. Однажды, сидя на своём диване, уже после ампутации ступней, он сказал мне: «Знаешь, я иногда вижу, что стою на сцене. Занавес ещё закрыт. А там, по ту сторону, шуршит, шумит зрительный зал. И вот, наконец, последний звонок. Колечки на занавесе начинают расходиться, стукаясь друг о друга. Я чувствую это так ярко, словно всё происходит на самом деле. И я всё равно на неё вернусь!» И этими культяшками — без ступней — начал плясать по полу, демонстрируя мне и прежде всего себе, что ещё встанет на протезы и продолжит работу. Именно жажда работы помогла ему преодолеть начинавшуюся наркотическую зависимость. Он понимал, что уколы снимают боль, но при этом разрушают его. И перестал колоться. Пашина жена Инночка приносила с базара мешок семечек. Он сидел, сложив ноги по-турецки, на своём диване, грыз семечки, чтобы таким образом отвлечься и заглушить боль. Всё вокруг было усыпано шелухой. Но уколы больше не требовались. Вот только боль не отступала. В «Белом солнце пустыни» он играл исключительно на силе воли. Паша настоял на том, чтобы во всех сценах драки на корабле снимались без дублёров. В то время он ходил на специальных металлических протезах. Работать же надо было на качающемся корабле, где палуба постоянно уходит из-под ног. А до корабля ещё надо было дойти — несколько километров по тяжёлому песку, в котором вязли колёса машин, не то что ноги. Лишь в одной сцене его заменил каскадёр — там, где Верещагин ногами сталкивает бандитов в воду. «Белое солнце» принесло Луспекаеву оглушительную славу. Но в фильмы его по-прежнему приглашали редко — режиссёры боялись, что он не сможет довести работу до конца. Луспекаев переживал страшно. Как вспоминает актриса Татьяна Ткач, Павел мечтал о роли генерала Чарноты. Но его забраковали — всё из-за тех же ампутированных ног. Вместо него утвердили Ульянова. А Луспекаев звонил Татьяне, огорчённый: «Неужели они действительно променяли Луспекаева на Ульянова? Скажи им, что только я смогу ходить по Парижу в кальсонах!»

 


Закончив съемки в фильме «Белое солнце пустыни», Луспекаев получил два новых предложения сняться в кино. Режиссер Григорий Аронов пригласил его на роль майора НКВД в приключенческую картину «Зеленые цепочки», а Константин Воинов - на одну из главных ролей в музыкальной комедии «Чудный характер». Так же во время подготовки к съемкам фильма «Чудный характер» Михаил Козаков уговорил Луспекаева сняться в роли Вили Старка в картине под названием «Вся королевская рать».

 


Михаил Козаков рассказывал: «Я очень хотел, чтобы Паша сыграл Вилли Старка. Сразу понял, что эта роль - для Луспекаева. Он тогда приехал в Москву на другую картину, и я принес ему в гостиницу сценарий. Говорю: «Паша, я тебя умоляю! Перед тем как поехать на «Мосфильм» на другую картину и подписать договор, прочти это!» Он прочитал и при следующей встрече сказал: «Все, это моя роль!» Мы стали репетировать, он снялся в одном эпизоде...» Однако сняться Луспекаев успел только в картине «Зеленые цепочки». Он понимал, что состояние здоровья вряд ли позволит ему еще прожить долго, и даже разговаривал об этом с драматургом Александром Володиным, который позже рассказывал: «Однажды мы встретились с Луспекаевым в садике Ленинградского Дома кино. Решили посидеть на скамье в ожидании просмотра. Он сказал: «Ты думаешь, почему я так живу - выпиваю, шляюсь по ночам? Мне ведь жить недолго осталось». Но Луспекаев все же успел увидеть триумф, который обрушился на него после выхода на экраны страны фильма «Белое солнце пустыни» в марте 1970 года. Это случилось в середине марта, когда Луспекаев жил в Москве и снимался в фильме «Вся королевская рать». Причем до премьеры «Белого солнца пустыни» Луспекаев себя не считал известным актером, и даже страдал от этого. Однажды в конце 1969-го года в Москве между ним и Михаилом Козаковым произошел разговор:
 

- Ты, Миша, знаменитость… А я популярным артистом был только однажды. Позарез нужны были деньги, ну и снялся я в противопожарной короткометражке. Думал, никто ее и не увидит! И тут в Ленинград привезли один западный боевик; все, конечно, бегали смотреть. А вместо киножурнала приклеили к нему меня: после пожара, возникшего из-за непотушенной сигареты, прямо в камеру тычу и говорю: «Это должен помнить каждый!» В общем, на каждой репетиции шуточки: «Помним, Паша, помним. Дай, кстати, закурить». Вот и вся моя популярность… Не везет мне! Ленинградские театралы, конечно, меня знают, но сколько их, этих театралов? Редко-редко бывает, чтобы кто-нибудь меня на улице узнал… А тебя в хороших фильмах снимают, на всю страну знаменит!  

- Паша! Про тебя, между прочим, сам Лоуренс Оливье сказал, что ты – гений, а вот про меня он ничего не говорил… 

- Ну да, сказал. А для миллионов зрителей я все равно считай что никто. Вот скажи: когда тебя все-все узнают, это же пустячок, а приятно? 

- Да брось ты, Паша, чушь все это. Знаешь, как у Пастернака: «Быть знаменитым некрасиво… Позорно, ничего не знача, быть притчей на устах у всех…» 

- Да что вы все, Юрские, Козаковы и прочие Рецепторы, чудите со своими стихами! Роли бы лучше учили! И потом, что там твой Пастернак не говори, а быть знаменитым приятно. Приятно, и не спорь! Вот смонтируют «Белое солнце пустыни», тогда посмотрим! Может, я тоже знаменитым стану, не хуже тебя! 

Прошло несколько месяцев, и мартовским, солнечным, счастливым днем 1970-го года к Козаковым приехал Луспекаев – в пальто с бобровым воротником, в широкой белой кепке-аэродроме (недаром по документам он числился армянином). В одной руке у него была тяжелая палка, с которой он никогда не расставался, а в другой - три билета в кинотеатр «Москва» на «Белое солнце пустыни». Луспекаев сказал Козакову: «Бери дочку, Миша!» - и всю дорогу нервничал:  

- Нет, Михаил, тебе не понравится. Вот дочке твоей понравится. Катька, тебе нравится, когда в кино стреляют? 

- Успокойся, Паша, я тоже люблю, когда в кино стреляют. 

Фильм начался. Верещагин на экране еще не появился, но за кадром зазвучал мотив песни Окуджавы и Шварца «Ваше благородие, госпожа удача». Паша просиял: «Моя темочка! Хороша?» Через несколько минут на экране крупно - ставни, сквозь щель в них – был виден огромный глаз Верещагина. Луспекаев восторженно, как ребенок, толкает Козакова локтем: «Смотри, какой у него глаз!» И потом он еще сказал: «Я, знаешь, доволен, что остался верен себе. Меня убеждали в картине драться по-американски, по законам жанра. Мол, вестерн и т. д. А я отказался. Играю я Верещагина, «колотушки» у меня будь здоров, вот я ими и буду молотить. И ничего, намолотил...» И он засмеялся так весело и заразительно, что и мы с дочкой заржали на всю улицу...»

 



После просмотра Павел шел, почти не опираясь на свою палку: «Узнают! Все узнают!» - ликовал он. «Теперь тебя уже никогда не забудут, - сказал Козаков, поддавшись восторженному луспекаевскому настроению. – Журналисты станут брать у тебя интервью, фотографы замучат вспышками. Привыкай». «Да, буду привыкать», - ответил Луспекаев, но ни проинтервьюировать, ни сфотографировать его журналисты толком не успели. Евгений Вестник рассказывал, как весной 1970-го года бродил с Луспекаевым по Ленинграду. В три часа ночи на безлюдном Невском проспекте они присели на скамейку около Гостиного двора. Павел спросил: «Палка моя нравится? Я с ней много километров по пустыне прошел, когда в «Белом солнце» снимался. Теперь это мой талисман. Чувствую, если потеряю, ей-богу, не смейся, умру!» Подошла компания молодых людей: «Спички есть?» «Есть. Пожалуйста». Покурили. Шумно подошли и шумно ушли. Собрались идти и Луспекаев с Весником. «А палка?» - спросил побледневший Павел. Палки не было. Дорогой в такси Луспекаев плакал.




Павел Луспекаев умер 17 апреля 1970 года в возрасте 43-х лет, не дожив три дня до своего дня рождения. За несколько часов до смерти Луспекаев позвонил из гостиницы «Минск» Михаилу Козакову, и сказал, что очень ждет продолжения съемок в картине «Вся королевская рать». Так же он сказала Козакову, что накануне к нему приезжали старые приятели из Еревана, и они хорошо отметили этот приезд. Спустя час после этого разговора Луспекаев скончался. Врачи констатировали у него разрыв сердечной аорты. В роли Вили Старка снялся другой актер.
 

Большой драматический театр Ленинграда отказался принимать участие в похоронах Луспекаева, сославшись на то, что актёр в театре не работает, и траурные хлопоты взяла на себя киностудия «Ленфильм». Актёр умер накануне столетия со дня рождения Ленина, в СССР было объявлено всенародное празднование, и траур никак не вписывался в график торжественных мероприятий. Организаторы похорон без особой огласки перевезли тело Луспекаева из Москвы в Ленинград и похоронили актера на Северном кладбище. На могиле Луспекаева петербургские таможенники, называющие его главнейшим таможенником России, поставили памятник с надписью: «С поклоном от таможенников Северо-Запада».

 


Российскими документалистами был снят замечательный фильм о Павле Луспекаеве.




Использованные материалы:
 

Материалы сайта www.peoples.ru

Материалы сайта www.sanusetnew.ucoz.ru

Материалы сайта www.biografii.ru

Материалы сайта www.c-cafe.ru

Текст статьи «Павел Луспекаев и его коварная госпожа удача», автор И.Лыкова

Текст книги Федора Раззакова

Текст статьи «Павел Луспекаев. Белое солнце. Чёрная боль…», автор Ю.Шигарева


 

 

Снимался в фильмах:

 

  • Они спустились с гор (1954)
  • Тайна двух океанов (1955-56)
  • Голубая стрела (1958)
  • Рожденные жить (1960)
  • Эзоп (1960)
  • Третья, патетическая (1960)
  • Балтийское небо (1960-61)
  • Душа зовет (1962)
  • Капроновые сети (1962)
  • Поезд милосердия (1964)
  • Залп "Авроры" (1965)
  • На одной планете (1965)
  • Иду на грозу (1965)
  • Нос (1965)
  • Долгая счастливая жизнь (1966)
  • На диком бреге (1966)
  • Республика ШКИД (1966)
  • Три толстяка (1966)
  • Происшествие, которого никто не заметил (1967)
  • Белое солнце пустыни (1969)
  • Ее имя - весна (1969)
  • Завтра, третьего апреля... (1969)
  • Рокировка в длинную сторону (1969)
  • Зеленые цепочки (1970)

 

 

20 апреля 1927 года – 17 апреля 1970 года

Tags: актеры
Subscribe

  • КУРЕХИН Сергей Анатольевич

    Музыкант и композитор «Самое главное — эволюция. Она необходима как гарант постоянного развития. Процесс эволюции…

  • ШВАРЦ Исаак Иосифович

    Народный артист России (1996) Лауреат Государственной премии РФ (1997, за фильм «Белое солнце пустыни») Лауреат Царскосельской…

  • МАРТЫНОВ Евгений Григорьевич

    Композитор и исполнитель Лауреат Премии Ленинского комсомола (1980) Десятикратный лауреат программы «Песни года»…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments

  • КУРЕХИН Сергей Анатольевич

    Музыкант и композитор «Самое главное — эволюция. Она необходима как гарант постоянного развития. Процесс эволюции…

  • ШВАРЦ Исаак Иосифович

    Народный артист России (1996) Лауреат Государственной премии РФ (1997, за фильм «Белое солнце пустыни») Лауреат Царскосельской…

  • МАРТЫНОВ Евгений Григорьевич

    Композитор и исполнитель Лауреат Премии Ленинского комсомола (1980) Десятикратный лауреат программы «Песни года»…